Возвращаясь в свою спальню в усадьбе Отсфира, Бару услышала разговор двух человек. Они перешептывались на афалоне с явным северным акцентом.
– Вультъяг долго пела ей в уши. И наверняка влила в ее мозг столько яда на мой счет.
Второй голос звучал мягче, акцент в нем был выражен чуть-чуть слабее, а речь была предельно грамотной.
– Тогда необходимо преподнести ей противоядие.
– У меня нет твоего обаяния.
– И моей жены, и моего ума, и того, и сего… Друг мой, ты тратишь значительную часть жизни на жалобы и стенания. Отчего бы просто не вспомнить о своих сильных сторонах?
– Ты намекаешь на мои деньги? Хотя – Химу не даст соврать – Корморан и это едва не испортила. Может, я не сумею внушить ей уважение! Что, если Вультъяг рассказала ей о моем неудачном сватовстве?
– Вон! – велела Бару, слишком поздно заметив их отороченные волчьим мехом плащи.
Она резко остановилась, поскользнулась на керамических плитках, но сохранила равновесие. Бару была потрясена до глубины души: эта парочка принадлежала к высшей знати.
– Конечно. Сию минуту, – ответил бородатый, низкорослый и коренастый князь, отшатнувшись от дверного косяка.
Он оказался при оружии, с нескромным, но хотя бы не назойливым взглядом.
– Но мы будем рады пообщаться с вами, ваше превосходительство. Тайн Ху удовлетворена вашими способностями. Пора пригласить вас к нам в гости.
Второй соглядатай тоже был из князей. Бару внимательно посмотрела на этого бледного тонкогубого мужчину с безмятежным лицом, в накидке из рыжих куньих шкурок. Его афалон звучал намного правильнее и грамотнее.
– Отсфир, князь Мельниц, к вашим услугам. Надеюсь, вам понравился мой городской особняк. Я заплатил за него сполна, вопреки всем вашим стараниям, – с низким поклоном произнес бородатый. – Наши вожди созывают совет, а поводом будете вы, Бару.
– Я бы сказал, также и причиной, – добавил его долговязый спутник. – Лизаксу, князь Высокого Камня, западный и более воспитанный сосед Вультъяг. Надеюсь, княгиня Вультъягская была с вами любезна?
– Ее переменчивость всем известна, – заявил Отсфир и помахал ладонью, изображая птичье крыло.
– Только не в отношении тебя, – заметил Лизаксу, насмешливо блеснув глазами.
– Да уж, в моем отношении она непоколебима!
Бару нашла обоих раздражающими и решила не поддаваться их обаянию.
– Мне, как лояльному имперскому счетоводу, понадобится пара недель, прежде чем приступать к чему-либо. Передайте вашему совету: пусть подождут.
– Каттлсон ищет вас повсюду. Медлить нельзя, – возразил Лизаксу, оттолкнувшись от дверного косяка и осматривая перчатки – не испачкались ли о побелку. – Опасно как в духовном, так и в практическом смысле. Оба Зате…
– Да не удостоимся мы их внимания!.. Что угодно, только не это!
– Верно. Итак, оба Зате считают, что пора привязать вас к остальным.
– У нас есть причины не доверять вам, Бару.
Лизаксу хмуро взглянул на своего спутника.
– И ты действительно вознамерился перечислить их все? – Да.
– Тогда приступай.
Отсфир забарабанил костяшками пальцев по стене, выстукивая медленную боевую барабанную дробь:
– Иноземка. Популистка. Имперский технократ. А ее секретарь является имперским шпионом.
– Вы, Бару Корморан, разорили меня дотла, – добавил Лизаксу и невесело усмехнулся. – Сильнее даже, чем Радашича. Я накупил столько идиотских бумаг!
Привстав на цыпочки, Отсфир хлопнул его по плечу.
– Недвижимость, друг мой. Я же советовал: дома, золото и все такое прочее! Значит, ваше превосходительство удостоились редкостного благоволения нашей соседки Вультъяг, этой дерзкой девицы из северных краев. Идемте с нами, присоединитесь к нашему великому бунту.
– Подожди, старина. Не будем стесняться наших целей, – проворчал Лизаксу, становясь между Бару и своим бородатым товарищем. – Мы хотим побеседовать с вами по душам, прежде чем вы ввяжетесь в заварушку. Кстати, я полагаю, что Вультъяг рассказывала о нас. Вероятно, она поведала вам о наших биографиях и, конечно, успела вам пожаловаться насчет наших хищнических намерений относительно ее долинки?
Бару изогнула бровь, смущенная его откровенностью.
– Вы ошибаетесь.
– Неужели? – Лизаксу поднял брови. – Но обыкновенно она весьма…
– Прямолинейна.
– И бестактна.
– Старина, ты утомляешь ее превосходительство.
– Прошу прощения, – Лизаксу откашлялся. – Вот какую тему мы хотели бы обсудить. Поскольку вы женщина…