— Я чувствую многое, — сказал он сдержанно, опуская взгляд, чтобы скрыть свою настороженность. — Но не всегда понимаю, что стоит за этим чувством. Возможно, Вы сможете просветить меня?
Лариса лишь чуть заметно улыбнулась, опустив ресницы. Этот момент был слишком короток, чтобы быть прочитанным как угроза, но его было достаточно, чтобы сеять зерно сомнения.
— Быть может, в будущем я смогу открыть Вам нечто важное, — сказала она, — но сейчас нам лучше наслаждаться вечером, не так ли? Всё в своё время, сударь.
Они продолжили разговор, на этот раз погружаясь в обычные светские темы, но каждый их жест, каждое слово несло за собой скрытый смысл. Пётр ощущал нарастающую тревогу, но не мог объяснить её природу. Вокруг царила музыка, раздавался смех, переливались голоса, но в центре всего этого бала словно зарождалось что-то недоброе, почти неуловимое.
Лариса, чувствуя, что их встреча удалась, медленно покинула Петра, оставив его в сомнениях и догадках. Она знала, что вскоре её план начнёт двигаться вперёд с новой силой. Тень мести становилась всё ближе. А вместе с нею — и тени прошлого, которые поднимались, чтобы обрушиться на потомков рода Салтыковых.
Глава 23. Начало охоты
Золотые купола Петербурга, облитые бледным светом заходящего солнца, отбрасывали длинные тени на улицы, которые, казалось, погружались в вязкую полутьму. В этот час город, некогда бурлящий светской жизнью и нарядными экипажами, замедлял ход. Ощущалась некая томительная тишина, словно предвестие грядущей бури, которая могла бы обрушиться на тех, кто, потеряв бдительность, увязнет в тенетах судьбы.
Лариса, облачённая в тончайший бархат чёрного цвета, аккуратно спустилась по каменным ступеням одного из роскошных домов, погружённая в свои мысли. Её фигура, стройная и непреклонная, была будто выточена из мрамора, а на бледном лице играла едва заметная улыбка — призрачная тень, отражающая её внутреннее наслаждение от приближающегося столкновения с Петром.
Мир вокруг неё как будто перестал существовать. Лариса знала, что сейчас каждый её шаг, каждое слово должно быть выверено с точностью хирурга. Она начала опасную игру с Петром Салтыковым, и знала: малейшая ошибка — и всё рухнет, как карточный домик. Он уже подозревал её, это было очевидно по его взглядам и манере говорить. Однако это подозрение пока что оставалось в пределах неясных догадок. Пётр, хотя и умён, был человеком, воспитанным в иллюзорной безопасности своего высокого положения. Это и становилось его слабостью.
— Сударь, — тихо произнесла Лариса, почти незаметно улыбаясь, когда Пётр подошёл к ней на улице, неожиданно для обоих. — Я полагаю, наше с Вами знакомство разворачивается быстрее, чем я ожидала. Петербург не столь велик, как кажется, не правда ли?
Пётр замер на мгновение, затем наклонился в лёгком поклоне.
— Сударыня, Вы правы, — ответил он с едва уловимой усмешкой. — Город полон людей, но судьба сводит нас вновь. Неужели это случайность?
Они обменялись взглядами — короткими, но полными скрытого напряжения. В их глазах уже читалось подозрение, словно за этим обменом любезностями скрывалась некая угроза.
Лариса чуть пожала плечами, делая вид, что её не трогают его слова.
— В мире мало места для настоящих случайностей, сударь, — промолвила она, — как и в жизни тех, кто управляет ею. Разве не так?
Пётр ответил ей долгим взглядом. Он чувствовал, что с каждым днём их встречи обрастают всё большими странностями. Недавно он получил весточку о внезапной смерти одного из своих дальних родственников, которая оказалась столь таинственной, что породила тревогу и недоумение. И с каждой новой встречей с Ларисой его ум рождал догадки, неужели всё это как-то связано?
— Да, Ваши слова верны, — ответил Пётр, пытаясь сохранить спокойствие. — Но мне кажется, что Вы сами не чужды управления судьбой. Это весьма любопытно, не правда ли?
Лариса чуть приподняла бровь, отвечая ему тонким, почти невидимым смехом, как если бы его слова были простой игрой светской беседы.