Неприятные воспоминания пронеслись в сознании быстрым вихрем. Гиб Аянфаль потупил взгляд, вдруг почувствовав себя совершенно покинутым и лишённым всякой поддержки.
– Я не могу говорить об этом, – коротко ответил он.
Хинуэя, похоже, нисколько не обескуражила эта неудача. Он повернулся к своим коллегам.
– Я вижу, тут дело тонкое, – проговорил он, – а для этого мне хотелось бы побеседовать с Гиб Аянфалем наедине.
Зоэ под его взглядом сделал несколько шагов к выходным вратам, но, оглянувшись на Эйдэ, остановился. Глубинный архитектор сложил на груди руки, устремляя на Хинуэя тяжёлый пронзительный взгляд.
– Ну что ж, идите, – благосклонно проговорил он.
– С вашего позволения.
Хинуэй кивнул строителю и направился к выходу. Гиб Аянфалю ничего не оставалось кроме как последовать за ним, предчувствуя отнюдь нелёгкую беседу. Они вошли в один из соседних залов, окружённый синей колоннадой из переплетающихся стеблей. Гиб Аянфаль окинул его взглядом и нашёл, что он очень похож на скрытый зал прибытия, обустроенный специально для Лийта: такой же проём в высоком потолке, а под ним неглубокий бассейн. Только вот белой пуры внутри не было.
Недалеко от бассейна Хинуэй повернулся к нему лицом и опустился, скрестив ноги. Гиб Аянфаль тоже послушно сел напротив него и заметил, что архитектор не сидит прямо на полу, а легко парит над ним на расстоянии ладони.
– У нашего коллеги весьма тяжёлый характер. Впрочем, как и у всех обитателей глубин, – проговорил небесный асай.
– Я знаю, – равнодушно ответил Гиб Аянфаль, глядя на пустующий пурный бассейн за спиной Хинуэя, – мой мастер учил меня говорить с глубинными.
– Вот и хорошо. Знаете, я, как и Эйдэ, наслышан о вас. Мастер Хосс высоко ценил вас как перспективного ученика и как своё дитя. Да, Гиб Аянфаль, не удивляйтесь, но мне это известно.
– Я не удивляюсь, – спокойно ответил Гиб Аянфаль, – мастер никогда не делал из этого секрета.
– Да. Несмотря на то, что для некоторых родичные связи кажутся неуместными на фоне единения под одной Звездой. Впрочем, мы здесь не собираемся это обсуждать, Гиб Аянфаль. Я позвал вас побеседовать о вашем последнем труде вместе с мастером Хоссом. Понимаю, после трагического события это может причинять вам боль. Но истинные асайи всегда способны контролировать свои чувства, давая им волю только тогда, когда это уместно. Уверен, мастер научил вас и этому.
Гиб Аянфаль промолчал. В словах Хинуэя не было ничего особенного, но отчего-то он вдруг почувствовал себя уязвимым перед его осведомлённостью и проницательностью.
– Потому я хочу прямо спросить вас, – продолжил Хинуэй, – что вам известно о башне?
Гиб Аянфаль прямо взглянул на него и, помедлив, ответил:
– Всё. Мастер Хосс передал её мне за день до исчезновения. Но он говорил со мной об обязательстве неразглашения, которое я и соблюдаю. Поэтому я не стал говорить об этом при Зоэ, другом городском строителе. Это воля консула Сэле, мастер Хинуэй.
– Ясно, – улыбнулся Хинуэй, – я знаю, что это обычная практика строительства особо важных объектов для него и чёрных стражей. Вот только в нашем с вами случае пользы от этого немного. Будь мастер Хосс здесь, вы имели бы право сколь угодно долго хранить обязывающее вас молчание. Но теперь его нет, а нам необходимо продолжать его начинания. Если вы будете сопротивляться нынешним веяниям волн, сохраняя молчание, то мы не сдвинемся с места. Не думаю, что ваш аба желал бы такого завершения своего труда!
– Он хотел, чтобы я продолжил это! – ответил Гиб Аянфаль.
– Да, наверняка, – согласился Хинуэй, – но я знал Альтаса, как очень расчётливого мастера. Он доверил бы столь сложный труд тому ученику, который мог бы с ним справиться. Если бы ваш уровень мастерства был достаточным, то консул Сэле не призвал бы сюда другого городского архитектора. Сколь бы благородны ни были ваши намерения, у вас ещё нет необходимых знаний и способностей, чтобы обработать столь сложную информацию и разбить её на этапы возведения. Возможно, когда вы вырастете в мастерстве, станете архитектором, тогда сможете решать подобные проблемы самостоятельно. А пока чем вам так не понравился Зоэ? Он тоже ученик Хосса, при этом довольно близкий к нему. Он подходит на роль продолжателя так же, как и вы. Вам одному не справиться, но вдвоём вы вполне сможете завершить дело своего учителя. И, совместно со мной и Эйдэ, соблюсти секретность. Кроме того, консул лично призвал каждого из нас, так что ваши обязательства сейчас касаются всех, не находите?
Гиб Аянфаль нахмурился, не находя, что ответить. Ему крайне не хотелось, чтобы кто-то догадался о том, что он может испытывать такую ревность по отношению к другому асайю. Среди городских строителей желание быть первым не поощрялось, а на словах Хинуэя оно показалось столь раздутым, что он невольно почувствовал неприязнь к самому себе.