Упоминание о семье возвратило мысли Гиб Аянфаля к тому, о чём он, собственно, и собирался поговорить с Ае, когда поднимался на башню.
– Ты узнал что-нибудь об абе? – с волнением спросил он, – нам хоть как-то удалось ему помочь?
Лицо Ае окончательно смягчилось.
– Присядем, – сказал он, опускаясь на стебли и, видя, что Гиб Аянфаль последовал его примеру, продолжил, – То, что мы с тобой сохранили информацию – хорошо. Это я могу сказать с уверенностью. Я передал её мастерам глубоких волн и чёрным стражам, а дальше… Время всё разрешит, Янфо. Ничего более утешительного пока не могу сказать тебе.
Я также успел обратиться к асайям соседних Светил. У них всё спокойно. Подобные исчезновения происходят только у нас. Аба Альтас был широко известен не только на твердынях Онсарры. Его исчезновение вызвало больший резонанс, чем исчезновения Росер и Лийта. Кстати, Янфо, в то утро, когда всё случилось, ты хотел поговорить со мной о Гиеджи. Ты ещё желаешь этого?
– Да, – ответил Гиб Аянфаль, – хотя, возможно, мне не стоит этого делать. Но и молчать я не могу. Гиеджи из-за чего-то сердится на тебя. Говорит, ты вмешиваешься во что-то. Я и сам вижу, что в последнее время она стала несколько странной. Я просто не хочу, чтоб вы ссорились!
Ае окинул долгим взглядом погрузившийся в покой замок.
– Я вовсе не собираюсь с ней ссорится, – ответил он, – напротив! Я хочу быть к ней как можно ближе. Что бы она ни говорила, я всегда буду на её стороне. Видишь ли, Гиеджи у нас асай особенный. А не так давно, с началом всех этих исчезновений, её особенность дала некоторые эффекты, которые, думаю, ты и заметил. Иначе у нас сейчас не было бы этого разговора. Признаюсь, я допустил ошибку, однажды слишком сильно вмешавшись в её сознание, и с тех пор она начала меня сторониться.
– Ты видел то, что ей приносят сонные волны?
– Да. Она считает это слишком личным, чтобы с кем-то делиться. А я, как трудящийся с волнами патриций, знаю, что её преследует. Но она, конечно, сейчас не хочет об этом говорить. Должно пройти время, прежде чем она смирится сама с собой.
Гиб Аянфаль с вниманием взглянул на Ае. В его памяти против воли вспыли те пугающие образы, о которых он решил никогда не вспоминать. Неужели Ае видел нечто подобное? И не один раз, если оно ему уже знакомо. Тысячи вопросов начали тесниться у него в разуме, но он чувствовал, что не может задать их даже тому, кому доверял с самого пробуждения. О том, что он видел, нельзя говорить. Он не знал в точности, почему был так убеждён в этом.
– В ситуации с ней меня волнует другое, – тем временем проговорил Ае, – Я чувствую, что Гиеджи грозит опасность.
– Опасность? – встревоженно переспросил Гиб Аянфаль, – Что именно?
– Я не знаю, Янфо. Я чувствую рядом с ней некое присутствие в волнах. Очень сильное, и тем опасное. Тот, кто создаёт его, очевидно обладает очень высоким мастерством волн, потому что я чувствую его только за счёт того, что между мной и Гиеджи существует родичная связь. Этот некто, несомненно, знает об этой связи. Потому он не раскрывается даже перед самой Гиеджи, внушает ей, чтобы она скрывала это от нас. Думаю, он приходит к ней через эти видения.
– Что мы можем сделать, чтобы защитить её? – спросил Гиб Аянфаль.
– Только одно – быть рядом, – кратко ответил Ае, и перешёл на другую тему, – Звезда уже села. Мне нужно спуститься в обитель. Ты полетишь со мной, Янфо?
– Нет, – покачал головой Гиб Аянфаль, – я спущусь сам.
– Тогда до встречи, Янфо! Будь осторожен и помни, что я тебе сказал.
Ае подошёл к краю площадки и слетел с места, расправляя белые, чуть светящиеся крылья. Гиб Аянфаль посмотрел ему вслед, после чего начал потихоньку спускаться вниз.
Глава 12. Первый стебель
На следующее утро Гиб Аянфаль пришёл к обители консула Сэле первым, ожидая, что Хиба тоже скоро появится. Вчерашнее поведение Ае не давало ему покоя, и он намеревался обсудить всё с Багровым Ветром до того, как придут остальные строители. К его радости, Хиба не заставил себя долго ждать и нагнал его почти у самой ограды.
– Хорошо побеседовали вчера? – с ходу спросил он.
Гиб Аянфаль кивнул и потупил взгляд, вдруг ощутив укол пронзительной тоски, спасением от которой было только общество других асайев. Хиба, тонко уловив это состояние, молча возложил ладонь ему на плечо так же, как это обычно делал аба Альтас. Так они промолчали некоторое время, прежде чем юный асай обратился к своему другу:
– Хиба, мне нужно поговорить с тобой. Давай отойдём.