– Конечно, патриции должны были сначала тебя спросить. Я знаю, к чему ты клонишь, но в решение собора тебе лучше не вмешиваться. Оставь Ветра в покое, тебя вон новый друг ждёт!
И Дэсти указал рукой на стоящего в отдалении Зоэ. Молодой архитектор не без беспокойства наблюдал за их разговором. А Гиб Аянфаль неожиданно для себя вспылил, наткнувшись на такой пренебрежительный ответ.
– Ты, наверное, вообще не имеешь понятия о том, что есть дружба! – запальчиво сказал он, – Хиба называл тебя своим другом, а ты потом напал на него вместе с другими стражами. Я бы на твоём месте ни за что бы так не поступил, невзирая на то, что к этому призывают волны!
Дэсти только снисходительно усмехнулся в ответ на эти обвинения.
– Ну вот раз ты такой стойкий, то иди и похвались этим перед мастером Караганом. Инициируешься как чёрный страж, тогда будешь и меня учить.
После этих слов страж отвернулся, всем видом показывая, что разговор окончен. Сознание Гиб Аянфаля всколыхнулось от резкого желания удалиться, и на этот раз он не стал сопротивляться, не собираясь более тратить время впустую.
В замке Зелёного Бацу Зоэ повёл Гиб Аянфаля в центральную залу, которая располагалась ниже уровня поверхности. Стены её были глухи, но потолок представлял собой купол из прозрачных стеблей, так что все пространство заливал мерцающий туман света. В нём таяли многочисленные ступени и восседавшие на них жители замка.
Во время прошлого посещения Гиб Аянфалю почему-то показалось, что этот замок пустует. Но теперь перед его взглядом предстало его многочисленное население, пришедшее сюда точно на некое собрание. Только вот волны молчали, наполненные покоем, и интуиция подсказала, что эти полуглубинные асайи собрались здесь для того, чтобы посидеть в лучах звезды и погреться в её свете, слушая информационные волны, недоступные под поверхностью. Ощутив присутствие чужаков, они почти одновременно открыли глаза и обернулись. Гиб Аянфаль и Зоэ невольно остановились, скованные этим вниманием. Строитель вгляделся в ряды незнакомых лиц – на всех написано нейтральное любопытство, но в то же время во многих глазах таятся или опасливая насторожённость, или недовольство. Почти все, кроме юных подростков, одеты в буро-зелёные наряды городских горняков, у многих на головах красуются по два-три тоненьких пылетока. Городские горняки трудятся в самых первых слоях верхних недр и не спускаются ниже яруса замковых низов. Труд их состоит в наблюдении и уходе за замковыми и растительными каналами, а потому нрав их не так тяжёл, как у истинных обитателей недр. Но сейчас Гиб Аянфаль почувствовал, что чем-то вызвал их немилость.
– Странно, что они так смотрят на нас, – с беспокойством заметил Зоэ, – но, думаю, нам можно пройти. Вход в глубинную обитель дальше, вниз по коридору на той стороне.
Преодолев смущение, строитель двинулся к своей цели, ведя за собой Зоэ и проходя мимо сидевших асайев. Он чувствовал, как их взоры сопровождают его, когда резкий всплеск в волнах заставил их остановиться.
Гиб Аянфаль обернулся – позади них стоял сам мастер замка Зелёный Бацу, являвшийся одновременно управителем городских горняков Рутты. Три изящных пылетока на его голове образовывали изумрудного цвета венец, также тонкие изогнутые шипы покрывали его плечи и ноги. Гиб Аянфаль понял, что мастер хочет им что-то сказать и, легонько кивнув Зоэ, приблизился к нему.
Совершив обычный приветственный поклон, он вопросительно воззрел на Бацу. Глубинный снисходительно кивнул в ответ на приветствие, после чего заговорил:
– Жители замка обеспокоены вашим появлением, Гиб Аянфаль. Некоторое время назад они видели проявление агрессии с вашей стороны. Мой долг, как мастера, предупредить вас, чтобы подобное больше не повторялось.
Слова Бацу настолько ошеломили Гиб Аянфаля, что пока он собирался с ответом, вперёд выступил Зоэ.
– Мастер Бацу! Во-первых, мой друг не проявлял никакой агрессии, – заявил он, – Гиб Аянфаль сам стал жертвой нападения! Он спасался. От, если заметить, жителя вашего же замка. А во-вторых, каким бы ни был этот конфликт, но он не касается никого из здесь присутствующих, потому я совершенно не вижу повода для беспокойства. Не думаю, что это вообще стоит выносить на общественное обсуждение.
Зоэ говорил уверенно и даже с горячностью, а Зелёный Бацу слушал его без тени сомнения на лице, но Гиб Аянфалю эта защита казалась хрупкой и в чём-то трогательной. Быть может, он думал так только потому, что привык видеть в Зоэ уязвимость, сочетавшуюся с высочайшим мастерством? Тем не менее, когда архитектор замолк, Бацу, быстро переглянувшись с несколькими старшими горняками, ответил: