– Малый владыка Глои. Он спит под поверхностью Рутты на протяжении вот уже десяти циклов. А теперь нам стоит поспешить, пока не поднялись остальные. Они будут разговаривать между собой, а также с Ганагуром, Онсаррой и соседними твердынями. До конца тёмных времён асайям в пурном теле тут делать нечего. А тебя кое-кто ждёт в недрах.
– Кто? – изумился Гиб Аянфаль, будучи не в силах отвести взор от глубинного владыки.
– Увидишь. А теперь идём.
Гейст крепче обхватила его и бегом помчалась сначала вниз по груде расплавившегося камня, оставшейся на месте башни, а затем по растерзанной плоти твердыни. Из-под её ног во все стороны летели брызги бесструктурного мёртвого грунта, перемешанного с пурой от сброшенных асайских тел. Гиб Аянфаль сидел на руках консула, не зная, чего ожидать, и лишь надеясь, что услышанный им рёв глубинного владыки больше не повторится.
Консул тем временем взбежала на гребень поднимающегося разлома и остановилась на самом краю отрывшейся бездны.
– Это последний ход, – произнесла она, поднимая Гиб Аянфаля над своей головой. Строитель только сейчас осознал, что почти целиком умещается в её ладонях. Он взглянул вниз и понял, что не боится падения. Темнота поглотит его, но не принесёт той гибели, которую он впервые почувствовал внутри белой башни. Гейст протянула вперёд руки, держа его над разломом.
– Ступай. Там тебя ждут, – произнесла консул и отпустила асайя.
Гиб Аянфаль зажмурился, принимая падение и не боясь. Он думал лишь о том, где окажется и кого встретит. Вероятно, там те нэны, которых он видел, будучи Сагитой, а с ними и сестра Шамсэ.
Падение закончилось тем, что чьи-то руки обхватили его, а сам он согнулся пополам, упёршись туловищем в широкое плечо. Кто-то слегка просел, принимая на себя всю силу его падения.
– Янфо! Это ты?
– Аба Альтас!
Гиб Аянфаль распахнул глаза и отстранился, вглядываясь в знакомое лицо.
– Янфо, ты с поверхности? Ты был там, когда всё началось? – спрашивал аба Альтас, опуская его на ноги.
– Да, – ответил Гиб Аянфаль, глядя на абу и не веря своим глазам, – а ты что тут делаешь?
– Жду тебя, разумеется! Все в сборе, а тебя нет и нет. Я беспокоился, Янфо! Ну разве можно было там оставаться? Крайне самонадеянно!
После этих слов аба Альтас деловито осмотрел его со всех сторон и, взяв под руку, повёл за собой по открывшемуся перед ними узкому коридору. Гиб Аянфаль шёл, не зная, что спросить и дивясь тому, что встреча с абой не вызвала у него никакой радости. Что-то в нём было не так.
Аба Альтас привёл его в трапезную залу, где за столом их уже ждало три гостя. Это были Росер, Лийт и мастер Роз. Встреча с ними вызвала у строителя мучительно волнение и необоснованную уверенность, что их тут быть не должно. Ведь прежде… когда-то давно он слышал, что они покинули Анисан. Навсегда.
– А вот и Янфо, – тем временем приговаривал аба Альтас, усаживая его между собой и белой сестрой, – он только что спустился в недра. Там на верху ему довелось даже созерцать гибель звезды! Частично, конечно.
– Янфо, правда? – с интересом спросил Лийт.
Гиб Аянфаль кивнул, избегая смотреть ему в глаза, а Росер заботливо поставила перед ним чашу, наполненную светло-перламутровой жидкостью.
– Что это? – тут же спросил строитель.
– Амброзия, – ответила Росер, – под поверхностью твердыни можно питаться только ей. Не бойся, Янфо. Это совсем не то, чем нэны поят узников полей. Амброзия, протекающая в глубинных обителях, такая же, как пасока, которую мы собираем с деревьев.
– Насыщайся, Янфо, – назидательно добавил аба Альтас, отпивая из своей чаши, – это наша последняя трапеза. Затем мы все пойдем дальше. Ждали только тебя одного!
– Нам нужно уходить? Куда?
– Далеко. Ты узнаешь это, когда ступишь на тропу пути. После того, как Онсарра погибла, нам нельзя тут остаться.
– А как же наши родичи? Аба, у меня была сестра. И… Ае! Я вспомнил, как его зовут. Ты решил не брать их?
– Почему? Они нас найдут. Отправятся следом, если захотят, и найдут. А теперь пей, Янфо. И вспоминай всё, что хочешь вспомнить перед долгой дорогой.
Гиб Аянфаль послушно взял чашу, но отпить из неё так и не решился, пока остальные принялись что-то обсуждать. Гиб Аянфаль попытался к ним прислушаться, но с содроганием понял, что не понимает ни слова – их речь, звучащая как будто знакомо, превращалась в неясный набор звуков, когда он пытался осознать её. Говорили все, кроме мастера Роза.
Техник волн молчал, не притрагиваясь к амброзии. Он сидел прямо и в упор смотрел на строителя. Что-то неуловимое отличало его от всех остальных, кого строитель успел повидать в этом странном городе. И он чувствовал, что сам тоже притягивает внимание техника этим же отличием.