– Скажи им, пусть отступятся! Это несправедливо!
Гиеджи вскочила со ступени и в упор смотрела на консула Гейст, сжимая в кулаки изящные руки. Она едва сдерживалась о того, чтобы прямо не побежать к синему консулу, а может быть её уберегало от этого внутреннее поле Ае, пытавшегося успокоить сестру.
В зале поднялся гомон: все патриции, даже глубинные, смотрели на юную гаэньши, а некоторые поднялись, чтобы приблизиться к ней. Одна только Гейст продолжала восседать на месте так, будто ничего не происходило. Неизвестно изволила ли она хотя бы обратить скрытый под чёрной кибахой взгляд к своей дочери.
Видя такое равнодушие, Гиеджи в следующий же миг обратилась к Гиб Аянфалю и, протянув руки, крикнула:
– Яфи! Сюда!
Гиб Аянфаль стремительно вскочил на ноги. Это его шанс! Если он подбежит к Гиеджи, обхватит её так, что никто не сможет их разлучить, то его не посмеют отделить от семьи. Необычный статус Гиеджи не позволит им обращаться с ней с позиции силы. К нему уже приблизились знакомый чёрный страж и господин Церто, собиравшийся что-то сказать. Каким-то чудом Гиб Аянфаль увернулся от них, метнувшись к краю арены, и тут ему преградила путь самая нижняя ступень, на которой степенно восседали глубинные. Тяжеловесные патриции молча взирали на него с невозмутимым спокойствием в погашенных оранжевых глазах.
– Помогите, прошу вас! – обратился к ним Гиб Аянфаль и, не дожидаясь ответа, полез вверх, ступая ногами по торчавшим из их боков пылетокам. Глубинных это не смутило, напротив его так сильно подтолкнули, что он в один скачок оказался возле сестры. Гиеджи схватила его за плечи и, притянув к себе, крепко обняла.
– Не дам! – грозно крикнула она, и Гиб Аянфаль ощутил, как скрытая сила синего поля, которой она некогда оттолкнула его, окутывает их обоих незримым покровом. Он чувствовал, что под ним ему совершенно нечего бояться, а вот те, против кого он обращён, не посмеют приблизиться к ним.
Патриции, переговариваясь, окружили их широким кругом, не вторгаясь за защитный купол. Снизу раздавался глухой рокот: глубинные вместе с Эйдэ и Зелёным Бацу откровенно посмеивались над таким оборотом дела и, похоже, одобряли поступок Гиеджи. Из-за плеча сестры Гиб Аянфаль увидел Ае. Старший родич стоял в стороне, неотрывно глядя на них, и по его взгляду юный асай понял, что он просто не знает, что делать. Он, как и Гиеджи, не желает расставаться с ним и не пойдёт против её воли, но в то же время решение собора для него – непреложный закон.
В это время из толпы патрициев вынырнул мастер Караган и приблизился к родичам, проникая за завесу. Гиб Аянфаль думал, что он сейчас начнёт крепко его отчитывать, однако мастер чёрных стражей обратился к Гиеджи, при этом голос его прозвучал очень мягко и даже проникновенно:
– Госпожа гаэньши, вам надо успокоиться. Отпустите его, не противьтесь. Не усугубляйте ситуацию. Позвольте, я отведу вас домой, вам не нужно было сюда приходить.
Гиеджи повернулась к нему лицом и коротко бросила, не утруждая себя лишней вежливостью:
– Уходи!
Она попыталась оттолкнуть мастера стражей при помощи сил синего поля, но он выстоял, лишь слегка пошатнувшись.
– Гиеджи, Гиб Аянфаль! – вслед за Караганом к ним подошёл и сам Гэрер Гэнци, – Мне искренне жаль, что так произошло. Но решение собора должно быть исполнено, ибо послушание законам Ганагура нам заповедовала сама Праматерь. Я вижу, что недра будут благосклонны к вашему родичу, Гиеджи, и потом ваше семейство в дальнейшем сможет восстановиться. Только отпустите его!
Гиеджи ничего на это не отвечала и только гневно сверкала глазами на окружающих. Мастер Караган продолжал тщетно уговаривать её, к нему постепенно начинали присоединяться и другие патриции, но всё это ни к чему не вело. Гиб Аянфаль даже не смотрел на них. Сестра крепко держит его, но сколько ещё будет продолжаться это противостояние?
Неожиданно разговоры смолкли. Патриции расступились, и к ним неспешно подошла сама Гейст. Незримый купол растаял перед ней, и Гиб Аянфаль почувствовал, что взгляд под чёрной кибахой устремлён на них. Только вот сейчас он мог сносить его, не чувствуя трепета.
– Гиеджи, – голос консула прокатился по зале, заглушив всякое движение волн.
Гиеджи замерла. Гиб Аянфаль ощутил, что она испытывает страх и вместе с тем… нечто иное, что связывает её с Гейст. Он слегка отстранился и заглянул ей в лицо. Гиеджи посмотрела в ответ и приникла лбом к его лбу.