«Такой путь возможен, если сам в прошлом был кем-либо из служителей Низа», – заметил Бозирэ, – «Для остальных же самый простой способ – выдать себя за искажённого. Правда в этом случае вряд ли пройдёшь дальше полей. Некоторым собор позволяет спуститься сюда, даже если выясняется, что они никакие не искажённые. Глубже идут или совершающие такие поступки, на которые ни один истинный асай не способен, или поражённые чёрной болезнью».
«Ты тоже кого-то ищешь здесь?»
«Отчасти. Я с самого начала знал, что этого асайя сейчас здесь нет. Но я хотел послушать волны за вратами. Поле, порождаемое твердынной пылью, более плотно и хранит в себе тончайшие отголоски событий, которые на поверхности быстро растворяются в общих информационных потоках и погружаются в статичные глубины. Оно более доступно для понимания, чем Глобальная Память».
Гиб Аянфаль ощутил волнение, вдруг догадавшись, о ком говорит собеседник. В сознании тут же пронеслись недавно возвращённые воспоминания о том вечере, который предшествовал этими событиям.
«Это – исчезнувший техник. Его ты ищешь», – уверенно произнёс он.
Бозирэ нисколько не удивился его догадке.
«Да. При нашей первой встрече я не стал рассказывать тебе слишком многое. У нас, техников, принято говорить каждому ту правду, к которой он готов. И я сказал тебе то, что сказал бы любой другой техник, не особенно посвящённый в эту историю».
«Ты знал его прежде несмотря на то, что он считался потерянным для Голоса Ганагура?»
«Он мой наставник. Я никогда не видел его в телесном виде, всегда через волны. Но для техников такое общение – обычное дело. Правда об учителях, подобных ему, лучше не рассказывать, так как он находится под покровом Малкирима. Многие мастера срединных и глубоких волн относятся к отступникам от Голоса лояльно, но для всех прочих Малкирим – неприемлемое условие».
«И как? Тебе удалось что-нибудь выяснить?» – с интересом спросил Гиб Аянфаль, – «Я сам не раз сталкивался с исчезновениями. Да и из-за этого я, собственно, здесь и нахожусь. Потому мне очень важно знать, что происходит».
Он ощутил, что внутреннее поле Бозирэ несколько сгустилось внутри, снаружи ещё сильнее сливаясь с окружающими волнами.
«Я теперь могу называть себя таким же прямым свидетелем, что и ты», – ответил он, – «По тому, что осталось здесь в волнах, мне удалось воссоздать довольно полную картину, как это происходило. Что же до того, что творится потом, то тут уж я не смогу тебе помочь. Однако я доволен и тем, что уже узнал. Многие наверху захотят получить эту информацию. Именно о первом исчезновении, и именно этого асайя. А нэны весьма ревниво относятся к тому, что растворено в этих волнах, обычно не позволяют кому бы то ни было свободно уносить сведения наверх».
«Послушай», – прервал его Гиб Аянфаль, вдруг догадавшись, – «А твоего наставника случайно зовут не мастером Розом?»
Волновой взор Бозирэ тут же исполнился пристальным вниманием и удивлением.
«Но откуда ты это узнал, Янфо? Не хочу тебя обидеть, но ты ещё очень юный асай, и к тому же не техник волн. А если учесть то окружение, в котором ты пробудился и жил до последнего времени, то я даже и предположить не могу, где ты мог узнать истинное имя моего учителя! Допускаю, ты мог видеть его, но мой мастер из тех техников, которые тщательно следят за звучанием своего имени в волнах. Обычно он никогда не представляется простым асайям».
«Да, может это и странно, но мне он представился так сразу, когда мы в первый раз встретились, возвращаясь в Рутту на трансфере. Понимаешь, я почти всё вспомнил! Я тогда заметил ленту с кибой на его челе, но не знал, что это символ учителя. Сейчас я понимаю, что это было незадолго до того, как он попал на суд и исчез. Мы были знакомы очень мало. Он пытался защитить меня от неслышащих, только вот я его не послушал и от того всё плохо закончилось. А его, наверное, схватили чёрные стражи».
«Мой учитель предстал перед собором не потому, что им удалось заманить его в ловушку», – тихо прошелестел голос Бозирэ, – «Он сам им сдался, потому что хотел попасть сюда намеренно. Только никто не знает, зачем. Я пошёл его следами. Янфо, может быть ты расскажешь мне, как тебе удалось вспомнить его? Я чувствую, это может оказаться очень важным».
«Это случилось во время суда. Консул Гейст погрузила меня в Поле Мечтаний и там я его видел. Он сказал мне странные слова, из которых я понял, что он находится за пределами Кольца Светил».
Он ощутил, как удивился Бозирэ при этих словах, а затем перед ним возник его образ с почтительно склонённой головой.