Пыль стала почти недвижна, укрощённая кристально чистым сознанием, а внутренний слух, ставший необыкновенно чутким, вдруг уловил зовущее звучание – частоту, исходящую от далёкой золотистой звезды, которую он никак не мог расслышать прежде. Теперь она заполняла его всего, ибо ничто не могло препятствовать ей. А вместе с тем внутренне поле заколыхалось от уже знакомых странных волн. Только теперь их источник – он сам, исполненный внутренней пустоты.
Волны сгущались, становясь сильнее. Они отрезали его от шума вселенной и от раскрывшейся Белой Вечности, оставляя внутри лишь глас, исполненный надежды. Глас ожидавших его в неведомой дали незнакомых асайев. Ход времени сжался в точку, вдруг вернув ему полноту физических чувств. Закрытые глаза изнутри ослепил свет, а тело пронзил жар. Пыль понеслась в нутре по кругу с чудовищной скоростью и в единый миг рванулась прочь навстречу новой жизни, рассеивая то, что некогда было пурным телом Гиб Аянфаля, на бесчисленные миллионы крохотных частиц, сгорающих в пламенном потоке.