– Значит, ты уверен, что исчезновение – некий путь? – спросил потрясённый Гиб Аянфаль.
– Да! Всем нутром чувствую, что это так, – с жаром подтвердил Лийт, – только Янфо, если это действительно случится, не рассказывай никому о том, что я говорил с тобой. Ты сам понимаешь, что это должно остаться между нами. Господину Сэле тоже не надо. Он сам всё поймёт.
– Хорошо. Я обещаю тебе, – проговорил Гиб Аянфаль и взял протянутую руку Лийта в ладони.
«Мне нужно, чтобы обо мне кто-нибудь помнил, когда я уйду», – прозвучал в мыслях голос странника, – «И я хочу, чтобы это был ты».
Гиб Аянфаль чуть крепче сжал его руку и почувствовал, что не хочет отпускать, как будто бы от прикосновения зависит то, останется Лийт на Пятой твердыне, или всё-таки нет. Он неохотно разжал пальцы, только когда Лийт сам потянул руку назад. Вместе с этим растаял и его плотный волновой покров.
Они ещё молча постояли, посмотрели, как садится Звезда.
– Росер приходила ко мне незадолго до того, как это случилось, – негромко проговорил Гиб Аянфаль, взглядывая на Лийта, – Я видел её утром, а вечером… она исчезла.
– Так вы были знакомы? – не без удивления спросил Лийт.
– Мы из одной обители, и Росер – наш друг. Аба Альтас готов был принять её в нашу семью, но, как говорит мой старший родич, белым сёстрам не позволяется иметь родичную связь. А ты тоже её знал?
Лийт улыбнулся, потупив взгляд.
– Немного, – ответил он задумчиво, – Правда, она никогда не говорила мне своего имени, но встречаться приходилось. Необычная сестра.
– Это почему же? – тут же поинтересовался Гиб Аянфаль.
Лийт прямо взглянул на него.
– Она быстрая. Тела белых сестёр очень плотные и тяжёлые. Асайи с таким сложением не могут перемещаться, прорезая пространство. А она делала это как странник. Ты разве не знал?
Гиб Аянфаль решительно покачал головой.
– В нашем замке Росер никогда ничем подобным не занималась.
– Но она умеет, поверь мне! Однажды, около сотни оборотов назад я и ещё несколькие странники из замка Сэле участвовали в соревнованиях на скорость. Когда Салангур не призывает к службе, мы часто состязаемся между собой, чтобы быть в тонусе. В тот день мы выбрали дорогу Двенадцати Башен – кто быстрее всех промчится, обогнув Пятую твердыню и посетив вершину каждой из великих башен в крупных городах, тот и победит. Бежать надо, используя короткие прыжки сквозь пространство, при которых не надо сбрасывать пурное тело. Я и мой соперник были первыми. Мы уже готовились сорваться с мест, когда к нам подошла белая сестра. Мы решили, что она хочет понаблюдать, так же, как и другие асайи, собравшиеся в стороне. Но Росер заявила, что хочет участвовать, и выбрала в качестве противника меня. Это было так неожиданно, что мои товарищи не восприняли её прошение всерьёз. Я же не знал, что и сказать. Как она собиралась бежать с нами на скорость с таким-то плотным телом? Мы принялись отговаривать её, но она настаивала на своём. В конце концов, я согласился бежать с ней вне соревнования. Её это устроило, и мы сорвались с места, едва придя к согласию. Конечно, я пришёл первым. Двенадцать Башен – крошечная дистанция по сравнению с тем, что я преодолеваю по заданиям господина Сэле. Но Росер отстала от меня лишь на крохотный миг. То, как она прошла Башни, могло быть хорошим примером для многих из нас, и мы удивлялись её скорости. Сама же она радовалась моей победе. Сказала, что я хороший странник, после чего ушла.
– И вы больше не встречались?
Лийт помедлил, прежде чем отвечать. По-видимому, пробудившиеся от этого разговора воспоминания чем-то тревожили его.
– Она не особенно желала встреч, а я…. Господин Сэле сказал мне оставить её в покое. Вот и всё. Я привык выполнять то, что он говорит.
– Но разве консул может заставить тебя с кем-то не видеться? – возмутился Гиб Аянфаль, – Каждый может общаться с кем хочет. Это закон!
Лийт только покачал головой, в упор взглядывая на него.
– Извини, Янфо, но ты просто не знаешь ещё, каковы настоящие белые сёстры… Те из них, кто живёт в замках на виду, помогая асайям и воспитывая детей, пример терпения и самоотверженности. Таких асайев много, они – самая первая ступень, которую проходят вставшие на путь служения Провидению. Но их элита – матроны и матери – сила не подвластная никому из патрициев. С ними бесполезно искать встречи, если только они сами не захотят видеть тебя. А Росер как раз из таких, из матерей, хотя и очень молода. Так мне сказал мой господин. Одной Онсарре известно, почему она жила в вашем замке, а не в храмах Рутты.