Основой жизни для всех растений твердынь Онсарры от крошечных щетинок травы до гигантских дышащих деревьев была особая бурая пыль, струившаяся в верхних слоях твердынной коры. Асайи, обладающие рабочими точками сеятелей, знали, как выпускать наружу сгустки этой пыли и тем самым давать жизнь растениям. Они вытягивали из твердынной плоти стебли, наполненные бурой пылью, из которых сплетали высокие древесные стволы. Из-за обилия труда подобного рода, сеятели составляли одну из самых обширных категорий населения хорошо обжитых твердынь.
Бурая пыль, струившаяся в жилах лесов, некогда простиравшихся на Новых Полях, постепенно ушла в глубину твердыни, и оставшаяся без жизненной субстанции растительность в короткие сроки обратилась неживую массу, покрывшую холмы рыхлым слоем. Среди общих мыслетоков простых асайев, живущих на поверхности, ходили слухи, что всё это – дело рук некоего глубинного владыки, и таким образом он выражает своё недовольство. Было ли это правдой, Гиб Аянфаль не знал – в общих мыслетоках можно было порой напасть на сведения бывшие только плодом чьего-то воображения. Зато пустовавшие теперь территории активно застраивались замками, которые заселяли асайи, прибывавшие из соседних поселений и, особенно, с Шестой твердыни.
Обитель, которую строил Гиб Аянфаль, располагалась на самой границе Полей и старых районов Рутты. Мысли абы Альтаса принадлежало устройство замка, которое было передано Гиб Аянфалю в виде плотного блока строительной информации. В нём было просчитано всё, вплоть до расположения отдельных крошечных частичек строительной массы и тончайших каналов пыли. Задачей Гиб Аянфаля было передавать эту информацию строителям в виде непрерывного потока, руководя трудом. А уже строители подобно сеятелям вытягивали из открывшегося канала стебли управляемого вещества, сплетая из них просторные своды. В прошлые разы аба Альтас сам созывал команду, а потом вводил в неё Гиб Аянфаля. Также он принимал на себя управление, когда приходилось иметь дело с особенно сложными по структуре участками. В этот же раз Гиб Аянфаль смог самостоятельно проделать весь труд. Перед лицом Голоса он считался учеником мастера-архитектора, что и обосновывало такую помощь, и давало юному асайю право занимать место управляющего. Если раскрытие рабочей точки к сорока оборотам позволяло заниматься простым трудом, то ученичество у состоявшегося патриция открывало путь к верхам архитекторской иерархии и глубоким знаниям строительного искусства.
Старшие архитекторы Онсарры обычно призывают к себе управляющих, ограничиваясь созданием строительной информации и редко вмешиваясь непосредственно в процесс строительства. Как у патрициев у них много других не менее важных дел. Городских архитекторов было немало среди мастеров замков и вообще любого местного самоуправления. Пользуясь покровительством самого правителя Гэрера Гэнци, они оказывали влияние на тот путь развития, которому следовала Пятая твердыня.
Гиб Аянфаль, принадлежавший к обширнейшему кругу городских строителей, безусловно был доволен таким положением дел. Он видел, что аба Альтас относится как раз к таким почитаемым патрициям. Его имя широко звучит в волнах, к нему нередко обращаются даже асайи с соседних Светил. Гиб Аянфалю было в чём подражать ему. Без сомнения, однажды он станет таким же сиятельным патрицием, как и аба, когда постигнет через учение глубину строительного искусства. Самостоятельно возведённая обитель – первый шаг на пути к этому. По совпадению, допущенному волей волн, в нынешней команде все асайи были почти в таком же возрасте, как Гиб Аянфаль. Многие только-только разменяли первую сотню оборотов, и их обуревали сходные чувства и намерения. Некоторые также являлись учениками других архитекторов и были направлены на труды у мастера Хосса их велениями.