К вечеру на стройке разразилась буря. Мощный ветер сорвал несколько крытых площадок, заставив рабочих поспешно укреплять конструкции. Нейрика, как всегда, оказалась в центре событий, организуя восстановление. Но в какой-то момент сильный порыв ветра сбил её с ног, и она едва успела увернуться от падающей балки.
Ромайро, заметив это, бросился к ней, несмотря на хаос вокруг.
— Ты в порядке? — его голос был полон тревоги, а тёплые руки осторожно обняли её за плечи.
— Да… Всё хорошо, — ответила она, чувствуя, как её сердце колотится от страха и от его близости.
— Ты не должна так рисковать, — тихо сказал он, его взгляд был напряжённым, но мягким.
— Я не могу просто стоять в стороне, — упрямо ответила она, но в её голосе звучала благодарность.
Он слегка улыбнулся, но не отпустил её сразу. В тот момент, когда их взгляды встретились, они оба поняли, что слова больше не нужны. Их мир сужался, оставляя лишь друг друга.
Позже, когда буря утихла, Нейрика осталась на площадке, наблюдая, как восходит луна. Она ощущала не только усталость, но и странное спокойствие. Ромайро снова нашёл её, как будто всегда знал, где она.
— Я думал, ты пойдёшь отдыхать, — сказал он, подходя ближе.
— Я хотела увидеть, как всё выглядит после шторма, — ответила она, не поворачиваясь.
Он встал рядом, и они некоторое время молчали, наслаждаясь редким моментом тишины.
— После этой бури я понял кое-что, — начал он, его голос звучал низко и мягко.
Нейрика повернулась к нему, её золотые глаза отражали свет луны.
— Что именно? — спросила она, чувствуя, как её дыхание замирает.
Ромайро сделал шаг ближе, его взгляд был полон тепла и решимости.
— Я не могу больше скрывать то, что чувствую, — сказал он. — Ты стала для меня кем-то большим, чем просто союзником или другом.
Нейрика хотела ответить, но слова застряли в горле. Он осторожно взял её за руку, и это прикосновение было столь же сильным, как и его признание.
— Ромайро… — наконец прошептала она. — Я… чувствую то же самое.
Их лица оказались так близко, что Нейрика могла почувствовать его тёплое дыхание. На мгновение она заколебалась, но затем, словно преодолевая внутренние преграды, приблизилась ещё ближе. Их губы встретились в нежном поцелуе, который словно скрепил их чувства и надежды.
Эта ночь стала для них новой точкой отсчёта. Теперь они не просто строили академию, но и что-то особенное между собой, что могло оказаться ещё более значимым, чем они могли представить.
Работа над академией достигла критического этапа. Башни были почти готовы, мастерские начали принимать первых учеников, но внутренние конфликты между представителями разных народов продолжали разгораться. Напряжение стало ощутимым даже в отношениях между Нейрикой и Ромайро.
Одним утром в главном зале собрались представители всех рас. Элендиль, обычно молчаливый и хладнокровный, казался обеспокоенным.
— Гномы требуют пересмотреть договор о поставках металла, — сказал он, постукивая пальцами по столу. — Они утверждают, что мы используем их ресурсы слишком вольно.
— Это абсурд! — возмутилась Нейрика, её хвост нервно дёрнулся. — Мы заплатили за каждый грамм металла, и условия договора ясны.
Ромайро оставался молчаливым, что лишь усиливало её раздражение. Когда собрание закончилось, Нейрика поймала его взгляд и жестом пригласила поговорить наедине.
— Почему ты молчал? — спросила она, как только дверь за ними закрылась.
— Иногда лучше слушать, чем говорить, — ответил он спокойно, но в его голосе слышалась усталость. — Мы не можем позволить себе разрывать отношения с гномами.
— И ты хочешь, чтобы я просто уступила? — её голос задрожал.
— Я хочу, чтобы ты увидела ситуацию шире, — мягко, но твёрдо сказал он. — Если мы будем вести себя как остальные, какая тогда разница, что мы строим?
Нейрика посмотрела на него, чувствуя, как внутри нарастает непонятная боль. Он всегда был её поддержкой, но сейчас его слова казались холодными и отдалёнными.
Той ночью Нейрика не могла уснуть. Она стояла на одной из недостроенных башен и смотрела на звёзды, пытаясь найти ответы. Внезапно она услышала шаги. Ромайро подошёл, его силуэт выделялся на фоне луны.
— Извини, если я был слишком резок, — сказал он, становясь рядом. — Просто я боюсь, что любое неверное движение может разрушить всё, чего мы добились.
Она обернулась к нему, в её золотых глазах отражался лунный свет.