Мист на это тоже обратила внимание.
— Эдак мы до замка дойдем. Может, это вообще никакая не проблема, а новый тип стражи? А мы стражника того?
— Стражник был бы в форменном мундире.
— На Пешках мундиров не было.
— Они все были одинаковые, и так все понятно, — не согласился Торрен, с интересом обращая внимание на то, что след начал забирать куда-то влево, прижиматься к одной стороне улицы. Но встревожило его не это, а отдельные тихие звуки из подворотни впереди.
А потом Тор резко остановился, вскидывая руку, предупреждая своих спутников, чтобы через секунду замереть в боевой стойке с обнаженным мечом. Если он что-то понимал в засадах — их тут сейчас одна такая поджидала.
— Тю, — сказал, вразвалочку выходя из-за угла, колоритный оборванец. — Чуткий. Ну, тебе ж хуже, если барахтаться будешь. Гони все, что есть.
— Глядь! Меч есть, — осклабился Торрен. — И желание тебя отмутузить. Иди-ка забери.
— Смелый какой, — неодобрительно сказал оборванец и качнул в воздухе пальцем. Тренькнуло, звякнуло — Торрен коротко отмахнулся от арбалетного болта и ласково улыбнулся противнику, а Эррах, видимо, неожиданно сам для себя проявляя несвойственные себе боевые качества, в этот момент вскинулся, поднимая арбалет и выстрелил в ответ.
И даже попал — сверху раздался болезненный вскрик, и что-то тяжелое повалилось назад.
— Смелые какие, — еще больше поскучнел оборванец и пошевелил пальчиком снова.
Из-за угла выкатилось несколько таких же, как он, уличных хулиганов, с воплями бросаясь к небольшому отряду, но тут уже шагнула вперед Мист, поднимая руки, и их развеселый разбег встретила яркая белая молния, яркая, острая, быстрая: главарь банды не успел и руки опустить, как обгорелые трупы его подельников повалились наземь, дымясь.
— Глядь, — отряхнула руки Мист, старательно удерживая себя в вертикальном положении и делая уверенное лицо, как будто она сейчас еще таких сполохов штук десять устроит запросто. — Смелые какие.
Оборванец передумал опускать руку, вместо этого старательно изобразив в адрес Мист ограждающий церковный знак. Девушка в ответ осклабилась еще пуще.
— Что, мужик, святых не видел? — поинтересовалась она. — Так вот, встречай. Во имя Эйна, в единстве благого и все такое. А на святых нападать нехорошо, можно и от Эйна по черепушке схлопотать.
— Святых? — заторможенно повторил тот, повторяя оградительный знак, который совершенно не помешал расстроенному отсутствием продолжения Торрену в два шага подойти к нему и споро обыскать на предмет оружия и прочих излишеств.
— Ну-ка отвечай, молодого господина после смерти кто видел у тебя в городе? — строго спросила Мист, как можно небрежнее приваливаясь к ближайшей стенке и роясь по карманам в поисках нычки Серого Мира.
— А так кто ж его не видел? — сказал мужик, успешно связываемый Торреном найденной у него же бечевой. — Все, небось, уже и видели.
— Вот же достопримечательность ходячая, — расстроенно прокомментировал Тор, стреноживая обескураженного противника и усаживая его в грязь. Закончив тут, он поднялся и затрусил за угол, видимо, озаботившись Эрраховым подранком. Мист глотнула зелья, с сомнением глядя на оставленного на ее милость пленника.
— И что, настоящий он? Или вашей братии кто шалит? Терновник сказал, не ваши, но мало ли.
— Так вы от Терновника? — обрадовался мужик и заелозил по грязной земле. пытаясь подвинуться поближе к Мист. Та, на всякий случай, сделала шаг назад. — Что ж вы сразу то не сказали?
— А ты спросил? — парировала Мист. — На вопрос отвечай, давай.
— Ээ… не наши это. То есть, наши тоже шалят иногда, но господин Вейларис ходит, пугает сам.
— И что там “ваши” шалят? Точнее давай. С деталями, — сверху раздались шаги, вскрик и потом снова звук падения, и Мист непроизвольно поморщилась, хоть и поджарила только что нескольких шустрых бандитов одним ударом. Впрочем, она предпочитала об этом не думать — и не нюхать, потому что пахло вкусно и одновременно тошнотворно.
— Ну так….таскают под шумок. И еду таскают, и что еще получится.
— И убивают? — уточнила Мист, перебирая мысленно всю уже добытую информацию.
— Дык нет, — замотал головой мужик. — Только гребем, что плохо лежит. Ну, жмуров обирали. Как есть! Но не убивали, не.
— Кто-то помимо вас убивает? — еще раз на всякий случай уточнила Мист, ногой толкая упорно ползущего к ней мужика в грудь, отчего он нелепо завалился набок.
— Господин Вейларис и убивает, — почти суеверным шепотом сказал оборванец.
— А что говорят, он разный? Бывает, мол, в капюшоне и без, и все такое?
— Иногда быстрый, иногда медленный, — не очень ответил он. — Быстрый добрее, иногда отпускает. А когда медленный — пока одного убивает, второй может сбежать.
— Вот как, — задумчиво сказала Мист. Неслышно вернулся Торрен и начал обыскивать зажаренных нападавших, и девушка спешно отвернулась, опускаясь рядом с валяющимся на земле пленником на одно колено. — А что, не было ли в городе в последнее время наемников со знаком треугольника и круга?
— Не видел, — сказал тот, подумав. — Что-то не припомню.
— А что про лэра говорят и его нового советника?
— Плохо говорят, — проворчал пленник. — Вон, целый квартал разгромили из-за него, чего хорошего? Нет, ну мы тут натащили вещей-то, но мы ж понимаем, что для города такое самодурство суть вред.
— А что это ему тут не понравилось?
— Понравилось, понравилось, — пробубнил пленник. — Присоветовал сделать тут аллею, мол, памяти молодого господина. Столько народу погнали, всего порушили…Молодому господину то это все зачем? Он явно не затем из могилки своей неведомой встал и до дома воротился, чтоб ему тут аллеи строили.
— Да уж точно, — потерла запястье Мист, поднимаясь на ноги навстречу подходящему к ней Торрену. — Ну, чего?
— Шваль обычная, — прокомментировал он, вытирая о штаны измазанные в саже руки. — Рах недострелил, а ты прям как профессионал.
— Избавь меня от подробностей, — попросила девушка немного больным голосом.
— Профессиональный святой, — хмыкнул Торрен. — А этот как, раскололся?
— Как орешек. Либо отменно врет.
— Тогда предлагаю убить на всякий случай, — рассудил парень, критически изучая испуганную жертву. Мист проследила за его взглядом и поморщилась.
— Как-то нехорошо не в бою, — вздохнула она. — Не добро как-то. Давай просто оставим тут?
— Чтобы его эти шустрые ходячие мертвецы зажрали? Вот это добро, — одобрил Торрен. — Что, были тут наемнички Алгарские?
— Говорит, нет. Но они могли и без знаков зайти. У подземца бы на такое ума хватило. А ты след нашего шустрика потерял, или как?
— Да что его терять, вон он перся, под тенью домов, — Торрен кивнул в сторону ближайшего дома. — Идем, что ли?
— Взялись уж, — вздохнула Мист, автоматически проверяя оставшиеся запасы банок. Если остаток дня будет таким же насыщенным, может и не хватить, а Жустова башня далеко.
— Эй, а я, я? — позвал их пленник, но под сумрачным взглядом Торрена увял и замолчал.
Мист больше не обернулась, зато Торрен, чуть позже оглянувшись на непонятный шорох, краем глаза увидел, как Эррах торопливо разгибается, оставляя на земле окончательно замершего пленника.
“Хорошо”, - показал знаком Торрен, и Эррах ответил ему тем же жестом.
Оставлять свидетеля, который посадил бы им на хвост весь преступный мир Имрейса, было нельзя — так можно было и Терновника подставить, а он мог оказаться и не виновен в их несуразицах.
— Тут не один такой мертвяк, кажись, бродил, — с оттенком сомнения сказал Торрен немного погодя, критически изучая загаженную улицу. — Очень похожая походка, такая же обувь, а размер другой.
— То есть, тут по городу толпа ардорской мертвячины ползает? — поежилась Мист. — И кто-то же наклепал все это!
— Сдается мне, мы скоро найдем если не кто, то где, — Торрен опустился на одно колено, хмурясь над следами. — Уж больно густо натоптано.