Он обернулся, посмотрел на неё — на огненно-рыжие волосы, на голубое платье, на бледное, красивое лицо. Такое знакомое. Такое узнаваемое.
«Её узнают».
Мысль ударила как кувалдой по затылку.
«Если я приведу её на стену вот так — её узнают. Все. Каждый, кто видел её хоть раз. Каждый, кто был на похоронах. Каждый, кто знал ее при жизни».
Город небольшой. Все всех знают. Алисия Линденберг, дочь Генриха Линденберга, главы малой Торговой Гильдии, красавица с рыжими, почти красными волосами, блестящая ученица Академии Вардосы — её лицо знали многие.
«А если узнают её — узнают и меня».
Связь была очевидна. Он ходил с ней по городу. Держал за руку. Бринк видел. Может, ещё кто-то видел.
«Стоит кому-то сложить два и два — и всё. Конец. Костёр».
Он оглянулся. Алисия стояла, неподвижная, ждала команды. Глаза пустые. Послушная. Безмолвная.
«Что делать? Что, чёрт возьми, делать?»
Грохот над стеной усилился. Крики. Звон железа. Где-то рухнула стена — глухой удар, от которого задрожала земля под ногами.
«Времени нет. Нужно что-то придумать. Быстро».
Его взгляд метался по улице. Обломки. Тела. Кровь на камнях.
И тут он увидел.
Мёртвый воин лежал у стены дома, прислонившись к обгорелым доскам. Молодой парень, лет двадцати пяти, может тридцати. В полном доспехе: кольчуга, поножи, наручи, кираса. Серый табард городской стражи, пропитанный кровью. Шлем валялся рядом — простой конический, с забралом в форме решётки. Забрало было опущено. Воин был мёртв — стрела торчала из щели между нагрудником и наплечником. Кровь запеклась тёмными потёками. Лицо бледное, глаза закрыты. Молодое лицо. Совсем мальчишка.
Лео подошёл, опустился на колени рядом с телом. Руки дрожали.
«Доспехи».
«Если надеть на неё доспехи…»
Он схватил шлем, повернул в руках. Железо было холодным, тяжёлым. Забрало закрывало всё лицо — только узкая решётка для обзора. Сквозь неё ничего не разглядеть.
«Если надеть это… никто не узнает. Никто не увидит лица».
Он посмотрел на Алисию. Она стояла в трёх шагах, ждала. Голубое платье. Лицо мертвой девушки, которую он любил.
— Иди сюда, — приказал он, и голос прозвучал хрипло. Она подошла. Встала рядом. Неподвижная.
Он огляделся. Глухой переулок, туда! Скомандовав ей тащить мёртвого защитника города, он как обычно поразился ее невероятной физической силе — она несла его легко и быстро, будто не воина в полном доспехе, а невесомую сумочку с пухом. Лео начал стаскивать доспехи с мертвеца. Руки дрожали, пальцы скользили по ремням, кровь пачкала ладони, но он продолжал. Расстегнул пряжки на боках, потянул кирасу вверх. Тяжёлая. Железо звякнуло о камни.
Кираса. Тяжёлая, в вмятинах, покрытая царапинами, но целая. Он перевернул её, осмотрел. Стрела прошла в щель — дыры в самом железе не было. Годится.
— Подними руки, — сказал он Алисии.
Она подняла. Механически. Без колебаний.
Лео надел на неё кирасу поверх платья. Голубая ткань скрылась под железом. Он застегнул ремни на боках, затянул на груди. Слишком велика — болталась на плечах, нагрудник сидел неровно, но держалась. Наплечники. Железные пластины с кожаными ремнями. Левый. Правый. Закрепил на плечах, затянул под мышками. Руки дрожали всё сильнее.
«Быстрее. Нужно быстрее».
Наручи. Длинные железные пластины для предплечий. Он обмотал их вокруг её запястий, затянул ремни. Железо скрыло бледную кожу.Поножи. На голени. Ремни. Пряжки. Он работал быстро, не думая, просто делал. Одна за другой. Левая. Правая.
Грохот усиливался. Где-то совсем рядом что-то рухнуло — стена? дом? башня? — земля дрогнула, с крыш посыпалась черепица.
— Проклятье, — прошептал Лео, дёргая за ремень. Узел не поддавался. Пальцы соскальзывали. Он вытер руки о свою рубашку, попробовал снова. Получилось.
Последние пряжки. Затянул. Проверил.
Алисия стояла теперь в почти полном доспехе. Железо покрывало её тело — грудь, плечи, руки, ноги. Только голова оставалась открытой. Бледное лицо. Огненно-рыжие волосы.
Лео схватил шлем. Тяжёлый, холодный. Внутри — кожаная подкладка, пропитанная потом.
«Не думай. Просто делай».
Он поднял шлем над головой Алисии.
— Не двигайся, — сказал он.
Надел шлем на её голову. Тяжёлый стальной колпак накрыл её лицо. Лео поправил его, чтобы сидел ровно. Золотые пряди скрылись под железом. Он опустил забрало. Решётка закрыла лицо. Щёлкнул замок сбоку.Теперь её лицо было невидимо. Только узкая решётка для глаз — и даже сквозь неё ничего не разглядеть в дыму и хаосе боя.
Лео отступил на шаг, тяжело дыша. Посмотрел на свою работу. Алисия стояла в полном доспехе городской стражи. Железо с головы до ног. Серый табард с тремя чёрными башнями — герб Вардосы. Неподвижная. Безмолвная.