Так что приходится ему каждый раз после опытов тут прибираться. Лучше сразу — пока кровь не застыла. Потом только осколком стекла можно счистить.
— Девчонка, — окликнула Элеонора, не отрываясь от журнала. — Принеси воды. Вон там, кувшин на полке.
Тави молча кивнула. Шагнула к столу, сняла кувшин, поднесла к магистру. Элеонора отпила, вытерла губы, вернулась к записям.
— Ладно, — сказала она, почесав пером у себя в затылке. — Сто четырнадцать попыток. И ни одна не сработала. Может, дело не в формуле. Может, дело в материале. Ты не умеешь работать с мелкими формами? Нет… я знаю, что все в порядке…
— Извините, магистр, но может это все вовсе не работает. — говорит Лео, оттирая пол и выжимая тряпку в ведро: — откуда мы можем это знать? Некромантия дело запрещенное и книги по ней тоже сожжены, вместе с некромантами. Это может вовсе и не работать.
— Принципы, Леонард, принципы. Нет отдельной магии Огня или Земли, есть некая энергия, которую мы и называем магией. Древние с ее помощью построили циклопические сооружения, отразили первое вторжение демонов… принципы. Чтобы ты знал, нет в природе отдельной магии Земли, Воды или Огня, это уже люди все разделили. Знаешь что такое анализ, студент Штилл? Анализ — это разделение. — Элеонора закончила писать и выпрямилась: — когда люди не могут осознать целого — они делят все по кусочкам. Вот кусочек — магия Огня, а вот кусочек — магия Земли. Ты же в курсе о заклинании гранд-класса «Метеоритный Дождь»?
— Конечно! — Лео поднял голову от ведра с тряпкой, уж тут он мог показать, что не зря свой хлеб в Академии ел… образно говоря. Грыз гранит науки.
Да, у него не получался даже обычный огненный луч, подготовительное заклинание к «Игнус Вульгарис», но уж теорию он знал на отлично! Он учился днем и ночью, из библиотеки его выгоняли, когда она уже закрывалась, выучил наизусть почти весь материал… кстати в библиотеке чаще всего он и видел Алисию.
Может быть, он не был самым умным, совершенно точно не был самым талантливым, куда ему до той же Греты или Алисии или даже Густава. До Марты. Он не был самым знатным, в Академии учились и дети из знатных семей, чего тот же Теодор Ренкорт стоит, сын герцога, будь он тысячу раз проклят. Он же — сын плотника, попавший в Академию только потому, что у него был зачаток Дара. Так что Лео прекрасно понимал, что он не самый умный, не самый талантливый, не самый знатный и уж, конечно, не самый богатый.
Зато он был самым упорным. В отличие от всех остальных — у него не было выбора. И поэтому все свое свободное время он учился. Так что ответ на вопрос магистра Шварц он, конечно же, знал. Более того мог бы дать ей сейчас развернутый ответ, где именно Иохим Валленбургский применил это заклинание в первый раз и даже какова приблизительная эффективность в расчете на единицу маны по Левицу… но он уже знал что магистр не ценит академических знаний и насмехается над тем, как он на самом деле мало знает.
— И к какой же школе магии принадлежит это заклинание? — задает вопрос Элеонора, подходя к магическому круг и глядя на него сверху вниз.
— Это… вопрос с подвохом, магистр, — отвечает Лео, прекращая отмывать каменный пол от остатков крысы: — «Метеоритный Дождь» является сложным, составным заклинанием с подготовительными этапами. Используются Школы Земли и Огня.
— Да? А как же тот факт, что никакого огня там в помине нет? «Метеоритный дождь» — это обрушение на головы противника кинетических болидов, вот только с очень большой высоты. За счет ускорения свободного падения объекты раскаляются добела и врезаясь в землю — высвобождают эту энергию в виде взрыва. На какие мысли это должно натолкнуть талантливого ученика? — Элеонора задумчиво почесала жезлом кончик носа. Потом встрепенулась: — Эй, девчонка! Принеси еще крысу!
Лео проследил как Тави молча вышла за дверь. Мысленно порадовался решению проблемы с этой странной девушкой. Прошла неделя с того момента, как он запретил Тави умирать. Несмотря на все свои страшные слова магистр Элеонора не отказалась от ее помощи в качестве прислуги — по крайней мере с ее клятвой она не выдаст никого, да и не общается ни с кем, чтобы выдать. Так что Тави теперь жила в башне, выполняя мелкие поручения магистра, хотя в первый раз Лео довольно сильно волновался, что магистр ее все же в ледник спать уложит, чтобы остыла к утру. Но и позволить ей повсюду за ним следовать он конечно же не мог.
— Все протер? Отойди. — говорит Элеонора и он — встает, убирает в сторону тряпку и ведро. Магистр поднимает руку, ладонью вниз, повелительным жестом. Лео невольно вытягивает шею, он видел это уже не раз, но каждый раз зрелище было завораживающим.