— … недалеко. — говорит она наконец, видимо справившись с собой: — тут… два поворота и коридор прямо. Там… там я вас оставлю. — она невольно бросает быстрый взгляд на Беатриче.
— Ничего подобного, чикита. Ты пойдешь с нами до конца. — говорит та: — и если там ловушка, то молись своим богам, чтобы тебя звали потом Одноглазой Беллой, а не очень сильно мертвой Беллой.
— У меня указания. Я вас должна довести до каменного колодца что на третьем уровне и все!
— В святом писании сказано — слушай ближнюю свою и останешься с двумя глазами… может быть. — сверкает улыбкой Беатриче: — не заставляй сестренку упрашивать. Шевели ножками, Одноглазая…
— Обычно я с ней не согласен, но тут поддержу. — говорит Лео, проверяя насколько легко выходит его нож из ножен и сняв с пояса короткую дубинку с окованным железом навершием.
— Ну все, пошли… — Альвизе толкает сопровождающую девушку в спину: — там пожалуешься какая у тебя тяжелая жизнь и почему папочка Змей не отпускает тебя гулять на третий уровень катакомб.
Они спускаются еще ниже, каменные стены, кажется, давят на них, воздух становится спертым, затхлым, со сладковатым привкусом гниения… Городские Катакомбы… это такое место где даже самый последний бездомный бродяжка не станет искать убежища от дождя и непогоды. Казалось бы — сухо, тепло, глубоко под землей, кинь в угол кучу тряпок и ложись. Но Катакомбы пользовались дурной славой… и видимо не зря.
Про Катакомбы ходило много слухов, говорили, что если человек проведет там слишком много времени, то начинает слышать голоса тех, кто был погребен в недрах оссуария после Черной Смерти двести лет назад, чьи кости украшают стены и своды Катакомб. Говорили, что это проклятое место где по ночам собираются ашкены и едят младенцев, что на самом нижнем уровне есть тайный проход в Преисподнюю и что демоны только и ждут чтобы избранного младенца, не освященного Триадой, принесли в жертву на каменном алтаре чтобы кровь его открыла проход Адских Легионов в наш мир… и прочие суеверные глупости.
Лео во все эти слухи не верил ни на йоту. В то, что мертвые могу говорить — верил, сам видел, сам слышал, сам умеет мертвых поднимать, но во все остальное не верил. Катакомбы были размещены в известняковых пещерах под городом и когда в город пришла Черная Смерть, то дабы избавиться от сотен и тысяч тел, при этом не выкапывая сотни и тысячи могил при явном дефиците рабочих рук на момент эпидемии. Тела просто сваливали в катакомбы, пробив дыру на том самом месте, где сейчас Рыбный Рынок стоит. Тела падали вниз, в одну большую кучу, затем гнили. Через сто лет монахи местного монастыря начали разбирать кости. До этого многочисленные мародеры уже вытащили из гигантской гробницы все сколько-нибудь ценное. Однако куча была огромной, и монахи порой находили ценные вещи, кольца или серьги, а то и золотые монеты, городской магистрат распорядился закрыть все входы в Катакомбы, чтобы предотвратить мародерство, включая Провал… на его месте потом и возник Рыбный Рынок.
Такова история этого мрачного места. Через двести лет после того как эпидемия Черной Смерти практически выкосила население целой страны в недрах городских катакомб вряд ли можно было найти что-то ценное. Что же до того, почему бродяжки тут не ночевали… да ночевали порой. Но ближе к входу… и там, где за этим не сильно следили. Все же нарушать покой мертвецов считалось не самым приличным делом и если стража кого ловила за этим, то потом городской магистрат обязательно плетей выписывал. Ну или сами стражники навешивали подзатыльников чтобы не возиться. Удивительно, но совершенно так же поступали и городские банды, так что обычно покой мертвых горожан никто не тревожил.
Конечно же это не означало что Катакомбы были совершенно недоступным и безлюдным местом, сюда периодически залезали городские мальчишки в поисках сокровищ, устраивали экскурсии богатеи, желающие пощекотать себе нервы и увидеть своими глазами базилику, выложенную из тысяч человеческих черепов, некоторые из влюбленных парочек завели себе моду ходить сюда на свидания… мода странная штуковина. Но обычно никто из них не опускался ниже второго уровня.
Они же шли на третий. И каменные плиты коридора перед ними были покрыты старой пылью. Никто не ходил этим путем по крайней мере несколько лет. Лео еще раз взглянул на спину девушки, что шагала впереди. Неужели старый Змей пожертвовал ей? Он мог бы отправить любого… какого-нибудь провинившегося идиота… или эта девушка и есть провинившаяся?