Северин не ответил. Только его губы продолжали беззвучно шевелиться, удерживая заклинание, что гнало их прочь от погони. Потом — повернулся к Альвизе.
— Планы меняются. — сказал он: — они не отстанут от нас и после прохода через Челюсть. Извините, дейн Конте, но мы не сможем высадить вас на мысе, как договаривались.
— Это понятно. — Альвизе отпил из кувшина и оперся рукой о борт судна: — это как раз ясно. Черт с ним, с мысом на Челюсти, я уже понял, что придется чуть подольше вас сопроводить. В связи с этим возникает вопрос — кто вы такие и что вы перевозите. — он опустил кувшин вниз и вопросительно наклонил голову.
Лео сделал шаг чуть в сторону, так чтобы «преподобный отец» не смог одновременно атаковать всех троих. Он видел, как ладонь левой руки виконта Конте, урожденного де Маркетти — легла на рукоять кинжала. На таком расстоянии магия не имеет преимущества, имеет значение скорость… между ними примерно шесть футов. Альвизе одинаково хорошо владеет обеими руками, об этом в Тарге все знают.
Беатриче нарочито расслабленно оперлась спиной о мачту, на ее губах играла легкая улыбка. Лео знал, что обманываться выражением лица Беатриче Гримани не стоит. С такой же улыбкой она тебя выпотрошит, выколет глаза и помочится в пустые глазницы, об этом на улицах Тарга тоже все знают.
— Вы наемники. — роняет «отец» Северин: — вам платят деньги, вы — исполняете контракт. Я заплатил вам за сопровождение груза. Вы — сопровождаете груз. У вас какие-то проблемы в понимании сути контракта, виконт Конте?
— В контракте ни слова про Инквизицию не было. — говорит Беатриче, которая чистит ногти на левой руке кончиком острого ножа: — ни про Инквизицию, ни про Старого Змея Чинатру. И про то, что с вами придется плыть непонятно куда — тоже. У меня дела в городе.
— Должно быть уважаемая дейна Гримани невнимательно читала пункт «сохранность груза», — уточняет «преподобный» Северин: — там как раз сказано «и от иных угроз». Даже если гладь морская сейчас расступится и оттуда выйдет сам Повелитель Демонов — вы обязаны сохранить груз. Таков контракт.
— Никто в здравом уме не будет связываться с Инквизицией. — говорит Беатриче, отрываясь от чистки своих ногтей кончиком ножа: — ты же нас в Катакомбах подставил под полную декурию с Квестором во главе.
— И вы получили причитающуюся вам премию.
— Ал, давай расторгнем контракт. — девушка перехватывает свой нож особым хватом: — никто и не узнает. Какого черта…
— Не кипятись, Беа, преподобный Северин конечно же прав, контракт подписан, — Альвизе поднимает руку и оборачивается: — Штилл! Ты так и будешь стоять? Кто у нас книги читал и в Академии учился?
Лео вздыхает и делает шаг вперед.
— В контракте есть и пункт «чрезвычайные обстоятельства», которые освобождают нас от обязательств в тех случаях, когда заказчик намеренно чинит препятствия выполнению условий контракта. — говорит он: — ваши действия могут подпадать под это определение.
— Вот! — торжествующе тычет пальцем в «преподобного» Альвизе: — как мы будем вас охранять, если не знаем кто вы такие и кто за вами еще охотится⁈ Я бы знал, что вы у Инквизиции в черном списке, так я бы за работу не взялся… ну или потребовал бы раз в пять больше. Тарг — портовый город, указам Церкви может не следовать, Инквизиторы поддержки Серого Ворона не имеют, но они все равно туда поперлись! Значит вы важная птица, «преподобный».
— Хорошо. — вздыхает Северин: — пожалуй вы правы, дейн Конте. Давайте так — на самом деле мы не монахи.
— Какая, сука, неожиданность… — бормочет себе под нос Беатриче, снова привалившаяся к мачте и занявшаяся своими ногтями.
— Мы — рыцари Ордена Истинной Триады.
— Схизматики. — прищуривается Альвизе. Лео кивает. Орден Истинной Триады… сторонники Истинной Триады полагают что Церковь искажает постулаты веры и слишком буквально толкует заветы, вознося букву Веры, но не дух. В некоторых аспектах истинноверцы не терпят компромиссов, но основа их расхождений с Церковью — это постулат о том, что вера — важнее ритуалов, а также о том, что индульгенциями греха не искупить. Земли к северо-западу от Гельвеции почти полностью находятся под влиянием Истинной Триады, туда нет пути Инквизиторам.
— Мы не раскалывали веру. — отрицательно качает головой Северин: — это Святой Престол в Альберио исказил учение и ушел с пути Истинной Триады, Святой Августин писал: «Вера без дел мертва, но и дела без веры — лишь прах». Патриарх Альберийский и его прихвостни извратили эти слова, превратив веру в торговлю. Начертано в заветах — «горе вам, законоучители и фарисеи, лицемеры! Потому что вы отдаёте десятую часть урожая укропа, мяты и тмина Всеблагой Триаде, но пренебрегаете более важными учениями закона: справедливостью, милосердием и преданностью. Но именно это следует исполнять, не пренебрегая и теми учениями.». О чем же эти слова? О том, что дух завета важнее чем буква его и о том следует не забывать а…