— Вот теперь верю что ты схизматик. — кивает Альвизе.
— Индульгенции. Отпущение грехов за золото. Как будто Триада — это меняла на рынке, который взвешивает монеты и отмеряет прощение. В среду преподобные преломляют хлеб, испивают вина и тешат плоть свою блудницами, а в пятницу они уже снова чисты перед Триадой, потому что оплатили грехи свои⁈
— Очень трогательно, — Альвизе отпил из кувшина. — Но мне плевать на ваши теологические разногласия. Чума на оба ваши дома.
— А зря, — Северин повернулся к нему. — Потому что именно из-за них Инквизиция преследует нас с такой яростью. Святой Бернард учил: «Господь смотрит на сердце, а не на кошелёк». Мы следуем этому завету. Церковь же… — он покачал головой. — Церковь давно забыла, что храм Триады — это душа человека, а не каменные стены, украшенные золотом.
— Допустим, — Лео сложил руки на груди. — Но это не объясняет, почему за вами гонится целый корабль инквизиторов. Схизматиков по всему континенту хватает, и не за каждым снаряжают погоню. Сперва — декурия Квестора, теперь вон… — он кивает за корму, где на горизонте виднеется черно-красный парус.
Северин помолчал. Потом медленно кивнул.
— Дело не только в вере. Дело в том, что мы везём. — Он указал в сторону трюма. — Наш груз… — он подбирал слова: — Дитя Истинной Веры. В писаниях Истинной Триады есть пророчество. «И придёт дитя, рождённое меж светом и тьмой, и будет оно ключом к вратам, что не должны открыться».
— Пророчество, — фыркнула Беатриче. — Серьёзно? Мы вляпались в пророчество?
— Святой Престол считает, что она — угроза. Инструмент в руках Врага Человечества. Мы же полагаем, что она — дар Триады. Спящая святая, чья сила может исцелить раскол веры. — Северин выпрямился. — Третий Собор в Кантоберри постановил: «Не суди пророка, ибо не тебе судить о замыслах Господних». Инквизиция игнорирует этот канон. Они хотят уничтожить девочку. Мы — спасти её.
Повисла тишина. Только скрипели снасти и плескала вода за бортом.
— То есть, — медленно произнёс Альвизе, — мы везём либо спасительницу мира, либо ключ к его погибели. И за нами гонится Инквизиция. Хорошо… — он потер лицо и выдохнул, поставил кувшин на стоящий у борта ящик и вздохнул: — то есть плохо, конечно же. Плохо. Речь была о том, чтобы груз доставить, а не о том, чтобы от псов Инквизиции отбиваться. Да дальше к югу везде Церковь власть имеет в портовых городах… куда вы плывете теперь? Вернее… — он закрыл глаза, выдохнул, сдерживая себя, открыл глаза и посмотрел на Северина: — куда мы все плывем?
— В Вестмар. — говорит капитан: — нам оплачен маршрут до Вестмара.
— Планы изменились. — качает головой «преподобный»: — мы не сможем ускоряться бесконечно, магический круг выдержит еще несколько часов, но не более. Мы вырвались вперед, но в долгую они нас догонят. Тем более что скорее всего они знают куда мы отправились. — он бросает быстрый взгляд на капитана. Тот пожимает плечами, нимало не смущенный. Конечно же кто-то в порту знает куда именно отправилась «Гордость Тарга», не сам капитан, так кто-то из матросов проболтался. И если кто хотел пункт назначения и маршрут в тайне сохранить, то называл один порт, а уже в море — менял направление. Это, конечно же стоило дополнительной оплаты, но зато было надежней. Так что капитан нисколько не удивился смене маршрута.
— Куда? — только и спросил он.
— В Кальцинор. — отвечает Северин: — поворачиваем к югу.
— В Стеклянную Пустошь? — морщит лоб Альвизе: — ну если ты хотел сделать неожиданный ход, то у тебя получилось. Там нас точно никто искать не будет. Но… мы-то что там делать будем?
— Вы ничего не будете. — отвечает «преподобный»: — мы с грузом высадимся на берегу, там нас будут ждать, а вы — уплывете назад, богаче чем были прежде на пятьдесят золотых. Постарайтесь не попасться в руки Инквизиторам на обратном пути, чтобы не выдать куда именно вы нас высадили. — он разводит руками: — так и разойдутся наши пути.
— Схизматики. Дитя Истинной Веры. Пророчество. — Беатриче подбрасывает нож вверх, закручивая его так, что он превращается в блестящий круг и со шлепком — ловит его в ладонь: — Ал, я же тебе говорила…
— Еще два дня пути и потом — четыре назад, без магии преподобного в два раза медленнее пойдем. — говорит Альвизе: — не нагнетай, Беа. Вернемся через недельку. Штилл, твоя странная девка не помрет за это время?