— Ага. А теперь ты ее защищаешь. Ты, Лео «Нож»! Защищаешь ее, Беатриче Гримани — от меня! — на лице у Альвизе расплывается широкая улыбка: — это же сенсация! Штилл, Гримани — вы же как дракон и василиск! Как жаба и гадюка! Я в восхищении! Нет, правда, разбудили бы меня, такое зрелище нельзя пропускать! Скажи-ка Штилл, кто был сверху? Уверен что «Ослепительная Беатриче»… по возвращении в Тарг свадьбу сыграем! Пригласим старого Чинатру и всех его Змеек, Лоренцо и Приблуду, Шрама и эту девку из Крысоловов, как там ее — которая с «моргенштерном» на цепи? В тесном семейном кругу коллег по ремеслу…
— Что ты себе придумал там… — ворчит Лео: — смотри-ка берег блестит. Это и правда стекло?
— Ну нет, вы теперь от меня никуда не денетесь! — веселится Альвизе: — Лео, как ты мог? Разве можно с партнерами по делу вот так поступать⁈ Лоренцо тебе руки сломает… а ты, Беа? Не уберегла свой цветочек… вообще-то это моя вина, как я мог позволить тебе путешествовать в одной каюте с этим сердцеедом? Увы мне! — он театрально заламывает руки.
— Заткнись, Ал. — говорит Беатриче: — вот просто закройся и все.
— Ого. — Альвизе внимательно смотрит на девушку, потом — на Лео: — похоже что у вас это серьезно. Вы… серьезно⁈ Беа? Штилл?
— Нет, конечно!
— Ничего подобного!
— Делааа… — Альвизе закрывает лицо руками: — очуметь. Ты и Штилл… Штилл и ты… вы же друг друга терпеть не могли… нет, я конечно говорил «и когда же вы наконец переспите», но это был сарказм! Не руководство к действию… хотя меня больше пугают ваши физиономии. Твоя, Штилл — вытянутая и довольная, и твоя, Беа — решительная и, сука тоже — довольная. Вы бы сходили на камбузе по лимону взяли, чтобы так явно не лыбиться… вы вообще понимаете, что делаете? Штилл, я-то надеялся, что у тебя сердца нет, а ты, больной ублюдок — втюрился! И не надо мне тут глазами сверкать, у вас все равно ничего не выйдет, а потом мы работать вместе не сможем, потому что обычные пары потом видеть друг друга не могут. А в случае с вами — кто-то кого-то точно убьет.
— Да что ты драматизируешь. — вздыхает Лео: — ничего такого не произошло… — он ловит взгляд Беатриче и тут же поднимает руки: — то есть наоборот! Все изменилось! Все стало — ого! Я… никогда прежде! Все произошло!
— Вот видишь. — закатывает глаза Альвизе: — стоило тебе в нее влюбиться и ты стал такой же тряпкой как и все остальные. «Да, дорогая, нет, дорогая, как скажешь дорогая». Тьфу. Я вас за то и любил что вы как кошка с собакой, а вы все испортили! Беа, а ты-то куда⁈ Ну ладно потрахались ночью, бывает, девушка ты с простыми жизненными принципами, но ты же от него взгляд отводишь и краснеешь как юная студентка!
— Не твое дело, Ал.
— Как раз мое! Мое! Вся моя команда сейчас — это вы двое! И я хочу, чтобы вы оставались безжалостными и циничными машинами для убийства, а не двумя влюбленными, которые розовые пузыри соплями надувают и боятся друг на друга поглядеть!
— Да кто тут влюбленный! — повышает голос Беатриче: — нужен мне этот Штилл как собаке второй хвост!
— Точно! — кивает Лео: — да она мне даром не нужна!
— Не… — качает головой Альвизе: — не то совсем. Как-то без огонька. Нет настоящих чувств. Нет подлинности. Вы даже обзываетесь теперь ненатурально. Эх вы… такие прекрасные отношения превратили в банальность и все эти поцелуйчики с обнимашками! И ты, Штилл! У тебя же ашкенская рабыня есть и еще какая-то баба, из-за которой ты по девицам и веселым вдовам не ходишь! А ты, Беа? Ты же каждый месяц себе нового находишь… — он поднимает руку вверх: — нет! Нет! Я не готов это принять!
— Да и демоны с тобой. — говорит Беатриче: — я уже большая девочка, справлюсь. И Штилл тоже справится.
— Вы-то, конечно, справитесь. — кивает Альвизе: — вы теперь просто будете каждую ночь трахаться как кролики, вам-то что? Как с василиска вода… а я — не принимаю этого. Мои подданные должны постоянно ссориться, мне неинтересно смотреть на ваши довольные физиономии! И потом — какие из вас теперь работники? Так и представляю как друг с дружкой воркуете! Тьфу!
— Ничего не изменилось. — говорит Беатриче, бросая быстрый взгляд на Лео: — все осталось как было. Да, Штилл?
— Конечно. — кивает он.
— Вы что не понимаете⁈ — вскидывает руки в отчаянии виконт Альвизе Конте, урожденный де Маркетти: — вот прямо сейчас! Ни ты его не обозвала, ни он тебя «шалавой» не назвал! Нет, все. Я буду ждать. Да. Я просто подожду. Это не может длиться долго, кто-то из вас кого-то все равно во сне прирежет. Но тут я даже ставки боюсь ставить. Я ваш друг и вы мне дороги одинаково. Кроме того, я ваш повелитель и здесь тоже я выбрать не могу. Я просто приму того или ту, кто останется в живых после ваших отношений. Помогу залечить раны и срастить кости. Может быть, даже стеклянный глаз достанем ну или повязку соорудим, пиратскую…