Вот и сейчас… если он поднимет мертвецов, если заявит о себе как о некроманте — ему хана. Может не прямо сейчас, во время боя, но потом. Сестры Дознания вежливо скажут ему спасибо за помощь и… сожгут на костре, как только найдут достаточное количество дров. Аутодафе очищающее. Искренне считая, что тем самым они его душе помогут.
Так что — нет. Он не станет поднимать мертвых солдат Инквизиции. Сейчас он единственный кто выигрывает в любом случае. Инквизиция уничтожит демонов — прекрасно, путь вниз свободен. Демоны уничтожат Инквизицию — ну и пусть. Тогда у него под рукой будет сотня тяжеловооруженных мертвецов, капитан Вернер нашел уязвимое место… мертвым воинам нечего боятся, они обязательно найдут узел. И… еще почти две сотни легковооруженных мертвецов-одержимых… тоже хлеб.
С точки зрения логики все безупречно — он просто ждет. Ему не дали оружия, он тут вообще в статусе военнопленного или гражданского свидетеля, он не обязан сражаться или защищать Сестер. Тем более они из Инквизиции.
Так почему же он чувствует себя такой сволочью?
— Капитан! Капитан! — в центр строя принесли капитана Вернера, и сестра Бенедикта склонилась над ним. Старый вояка был ранен, ему почти оторвало правую руку. На секунду Лео стало жалко, что правая, рабочая рука такого хорошего солдата выведена из строя, это заметно ухудшит его характеристики, когда он поднимет его после смерти… но он тотчас выкинул это из головы. Капитан Вернер жив. Пока.
— Держитесь. — Сестра Бенедикта наклоняется над раненым и ее руки начинают светиться едва видимым зеленоватым светом. Целительная магия. Обезболивание, обеззараживание, легкая регенерация, коагуляция крови там, где солдаты уже перетянули руку ремнем… но руку это не вернет. Чтобы вернуть руку нужно магистром в целительной магии быть, да и происходит это не сразу, в несколько этапов, может месяц занять, может дольше. Она просто делает все, чтобы капитан не загнулся от потери крови и шока в ближайшие несколько часов.
— Да твою же бога душу мать! — рычит капитан Вернер, приподнимаясь на локте, пока Сестра Бенедикта лечит его, оглядывается, но конечно же ничего не видит из-за спин своих бойцов. Смотрит на Лео, который помогает Сестре с раненными.
— Эй, парень! — окликает он его и Лео поднимает голову: — да, ты! Ты же наемник, верно? Какого черта у тебя в руках еще нет оружия?
— Он потенциальный свидетель и гражданское лицо. А еще… может быть подозреваемый. — говорит Сестра Бенедикта: — лежите смирно капитан, иначе заживет неровно.
— Если мы сейчас не одолеем еще шестерых, то уже будет без разницы, заживет или нет. — отмахивается от нее старый солдат: — эй, парень! На, держи… — левой рукой он снимает с пояса боевой молот и протягивает его Лео: — в Господа триединого веруешь? Кивни, падла ты такая. Ага, ну вот и хорошо. Держи молот, подними копье… можешь с мертвых снять что нужно. Во имя Господа нашего призываю тебя на службу в ряды Инквизиции.
— Капитан…
— Не сейчас, Сестра Бенедикта. Он бывалый подлец, по глазам видно, что матерый… такой в строю пригодится. — капитан опускается на землю и закрывает глаза.
Лео взвешивает боевой молот в руке. Как и положено он — легкий. Дилетанты думают, что боевой молот должен быть тяжелым и в рост человека. Это может быть и верно для демонов или великанов, но для нормального человека в бою скорость важнее чем сила удара. Какая разница с какой силой ты ударишь, если все видят куда ты ударишь и как… и пока замахиваешься можно заутреннюю прочитать. Нет, боевой молот из Люцерны весит немного, он изящен и красив, небольшой стальной боек на длинной деревянной рукояти, усиленной стальными полосами по бокам. С одной стороны бойка — зазубренная пята, с другой — чуть изогнутый острый шип, так называемый «соколиный клюв».
Он оглядывается на Сестру Бенедикту, ожидая от нее команды оставить оружие, но она молчит. Увидев его вопросительный взгляд — пожимает плечами.
— Ты же убивал раньше. — говорит она: — капитан Вернер сказал, что теперь ты один из нас. Чего уставился? Иди, сражайся.
— Ох. — сказал Лео, чувствуя себя странно. С одной стороны в этом конкретном бою его симпатия была на стороне людей. Нормальных людей, а не демонов и не одержимых. А с другой — это же Инквизиция! Те самые люди что арестовали магистра Элеонору Шварц, и он до сих пор не знает, что с ней случилось, знает только одно, — что ее не сожгли. Костер в центре Вардосы, где бы сожгли магистра Королевской Академии — об этом бы весть до Тарга точно дошла. Однако, что ее по голове не погладили — это точно. Арестовали, дом опечатали, все имущество забрали и с тех самых пор никто про магистра Шварц ничего не знает — он специально узнавал, расспрашивал караванщиков с Вардосы.