Йохан подозрительно смотрит на него, не находит признаков обмана и садится обратно.
— Твоя мамочка должно быть очень красивая. — продолжает Лудо. Мартен вздыхает.
— Красивая. — кивает Йохан: — очень красивая.
— Красивая мамочка Йохана… — растягивает ухмылку Лудо: — она тебе нравится, не так ли?
— Конечно нравится, это ж моя мама. — не понимает куда все клонится Йохан.
— Думаю, что она и мне понравилась бы… — вкрадчиво говорит Лудо: — сладенькая мамаша нашего Йохана…
— Что ты сказал⁈ — вскидывается Йохан.
— Кусок, отстань от парня. — морщится Лео: — Старый, а ты чего молчишь?
— Разве ж я ему нянька? — разводит руками Мартен: — наказание за драку в лагере все помнят? Ну вот и хорошо. А ты, Йохан, прекрати на его подколки вестись, Кусок он как шавка, лает, но не кусается.
— Потому что беззубая собака. — кивает Фриц Грубер: — засасывает насмерть!
— Уж чья бы собака лаяла, Полторашка. — прищуривается Лудо: — если кто и специалист в сосании, так это твоя мамаша.
— Ты бы пасть захлопнул, Кусок. — вмешивается старший брат Фрица: — у нас она одна на двоих…
— …
— Но сосет она и правда хорошо… — добавляет младший брат. Некоторое время вокруг костра царит молчание. Потом раздается взрыв хохота. Парни хлопают друг друга по плечам, кто-то даже по земле катается, держась за живот. Лео ловит себя на том, что широко улыбается. Братья Груберы… хохмачи и оторвы. Лудо, продувной малый, мошенник и пройдоха, но свой пройдоха. Старый Мартен. Его десяток.
Глава 11
На пятый день марша дороги кончились. Армия шла напрямик — через поля, леса, вброд через ручьи. Колонна растянулась на несколько миль: впереди — разведчики на конях, за ними — пехотные роты, потом обозы с продовольствием и инженерным скарбом, сзади — арьергард. Пыль стояла столбом. К вечеру все были серыми — от сапог до шлемов.
Инженеры прокладывали путь. Рубили просеки в лесу, настилали гати через болота, вбивали вехи на развилках. Работали быстро, споро — у королевской армии всё было отлажено как часовой механизм. Лео смотрел, как они за полчаса построили мост через овраг — брёвна, верёвки, колья.
— Красиво работают. — сказал Дитер.
Лео кивнул. Красиво. Страшно красиво — как огромная машина, которая движется вперёд и ничто её не остановит.
На шестой день встретили первых беженцев.
Семья — мужик с женой, трое детей, телега с пожитками. Мужик снял шапку, низко кланялся, пока колонна проходила мимо. Дети прятались за мать, глаза огромные, испуганные. Один — совсем малой, года три — держался за подол юбки и всхлипывал.
— Куда идёте? — крикнул кто-то из первой роты.
— На юг, ваша милость, — мужик поклонился ещё ниже. — Говорят, на севере деревни жгут, людей дальше гонят.
— Кто жжёт?
— Свои, — мужик сплюнул в пыль. — Барон приказал. «Чтоб врагу ничего не досталось», сказал. Всё сжечь — амбары, мельницы, скот зарезать. А нам куда идти? На юг, в милосердие Его Величества.
Колонна прошла мимо. Никто не остановился.
Лео обернулся — семья стояла у обочины, маленькая, сиротливая. Телега скрипнула, двинулась на юг. К вечеру они растворились в пыли.
— Война, — сказал Мартен тихо, идя рядом. — Привыкнете.
Лео молчал. В горле пересохло и он отхлебнул из фляги, не чувствуя вкуса.
На седьмой день увидели дым.
Сначала — тонкая серая нить на горизонте. Потом — шире, темнее, столбом. Ветер принёс запах гари. К полудню колонна прошла мимо сожжённой деревни.
Дома — чёрные остовы, крыши провалились. На площади — колодец, а рядом — трупы. Трое. Мужики. Связаны, горло перерезано. Кровь уже засохла, мухи кружили.
Капрал Вейс отдал команду:
— Не смотреть по сторонам! Ровняйте шаг!
Но все смотрели. Как не смотреть? Лео шёл мимо, держа щит на спине, глядя прямо перед собой. Но боковым зрением видел: чёрные брёвна, пепел, трупы. Пахло горелым мясом. Тошнотворно и сладковато.
— Кто их так? — спросил Никко хрипло.
— Кто же теперь разберет, — буркнул Мартен. — то ли местный барон приказал земли зачистить, то ли мародеры объявились… когда армия вперед идет, то перед ней закон отступает. А может наши разведчики… легкая кавалерия. Чтобы не донесли раньше времени.
— Но это же… люди.
— Война все спишет, — сказал Мартен. — Привыкай, Сало. Это только начало. На Виконта вон посмотри…
— А что Виконт? — Никко покосился на Лео.
— Идет и не почешется. — отвечает Мартен: — или вон на братьев наших… кто в деревне вырос, тот от вида выпущенных потрохов не сблюет.