Треск сиреневым стеклом прошёл по небу. Купол исхудал, по краю побежали бледные паутинки. Один из магов на башне осел, второй поднял руки выше, третий — разжал пальцы, как будто отпускал верёвку. Изольда не дала им вздохнуть: из синего круга взметнулась сеть — не копьё, не игла, тонкая ледяная паутина, сплетённая из нитей холода. Она легла на купол, мгновенно обмерзла. Огненная сфера ударила следом.
Щит лопнул. Не громко. Как лопается тонкая ледяная корка на лужице — только это лужица была размером с башню.
— Готово, — сказал Мартен и почесал себе затылок, сдвинув шлем чуть вперед: — ну так оно и понятно. У нас тут лучшие маги королевства, а в крепости — дай бог Второй Круг… кто же хороших магов в захолустье держать будет? Готовьтесь, парни, сейчас начнется…
Огневики перевели дыхание и ударили плотной очередью — теперь шары долетали. Камень не плавился, но копоть росла, и каждый взрыв выметал с зубцов людей и храбрость. Там, где лежала чернеющая кромка парапета, больше никто не маячил с луком.
— Лучники! — откуда-то издалека прокатился по строю крик. — Две сотни шагов. Четыре ряда! Связку по знаку!
Сухой шелест. Удар тысяч натянутых жил о воздух, стрелы взлетели вверх стремительными птицами. Ответ со стены был редкий, торопливый. Люди там видели огонь и дым, слышали треск земли, и сами боялись высунуть голову.
Сзади, ближе к ложбине, где склон уходил к рву, двигался отряд саперов, прикрытых тяжелой пехотой с ростовыми щитами, в центре построения — коричневые рясы, коренастые фигуры. Землемаги. Они шли с собственными щитами, как пехота, — большие, на колёсах, подводили вплотную, ставили в линию, начинали чертить свои круги. Их магические круги не пылали и не светились — линии уходили в землю, мел отсыпался песком, руны похожи на следы лап больших птиц.
— Терра, — глухо донеслось до Лео, когда один поднял посох. — Фрактус. Лапсиллум.
Никакого света. Только гул, как будто где-то внизу огромная дверь медленно сдвигали с петель. Потом — второй удар. Третий. Гул становился шире, объёмней, землю под ногами отливало то в одну, то в другую сторону, как воздухом в кузнечном мехе. Краешек стены зашатался. Не так, чтобы упасть — как старый зуб, у которого уже разошлись корни. Камни начали скатываться вниз, осыпаясь.
Однако защитники не сдавались, вниз ударили арбалеты, половина болтов засела в щитах, какая-то часть была отражена магическим щитом, но было видно, что некоторые из них нашли свою цель.
— Хорошо быть магом Огня, — сказал Рыжий: — а Землемаги всегда на острие атаки, ну его в жопу.
— Зато сколько денег получают! — облизнулся Лудо, подавшись вперед: — и кстати, кто первый на стене будет, тому пятьдесят золотых обещали!
— Дурак ты, Кусок. — хмыкает Мартен: — слушать нужно, а не дурью маяться. Сказано — «кто первый на стене будет и в живых останется», понимаешь?
Лео стоял, слушал гул земли, чувствовал вибрацию в костях. Внизу, у воды, начинал складываться скат — глина и камень сыпались под ровным ритмом заклинаний. Ров не пустел — заполнялся смесью из грязи и кусков стены. Там, где плескалась зелёная жижа стоячей воды, теперь было бугристо и мельчало. С краёв сыпался щебень. Изредка сверху — новый камень, тяжёлый, глухой удар и фонтан брызг.
С башни попробовали снова: на миг — бледное синее, как дыхание умирающего, поднялось над зубцами. Изольда ожидала. Её ладонь описала короткую дугу, и ледяная игла срезала то сияние, как портной срезает лишнюю нить с манжета. Второе движение — огонь разогнал людей от парапета. Третье — огонь уже не по камню, а в боевой ход. Сверху посыпались камни.
— Будет проход, — сказал Мартен и, не повернув головы, добавил: — Идем строем до прохода, там — врассыпную. Щиты держать! Кусок, отстанешь — лично голову проломлю после боя.
— Посмотрим кто отстанет, — буркнул Лудо. — За Салом лучше смотри чтобы не обделался.
— Посмотрю, — отозвался Мартен. Запели трубы, барабаны начали свой бой и Лео поднял щит, шагнул вперед вместе со всеми. Быстрой рысью они преодолели расстояние до стены, пройдя по поднявшейся земле. Под самой стеной было уже суше — потому что половины её больше не было. Там, где ещё час назад стоял цельный серый камень, сейчас зиял косой провал — в трещинах, с торчащими камнями, как гнилые зубы. Внутрь — узкий проход. Человека два в ряд, не больше.
— В пролом! — крикнул кто-то за спиной. — вперед!
Сверху — сиплые крики. Кто-то, отчаянный, пытался бросить вниз камень — камень ударил по кромке пролома, рванул край — комья сыпанули на щиты, загрохотали по дереву, ударили по плечам. Тяжело, но терпимо.