— Хм. — хмыкнул Густав. Служанка принесла ещё пива. Густав взял кружку, поднял ее, стукнулся с остальными. Все выпили. Во второй раз у пива уже не было отвратительного привкуса, да и в целом мир вокруг стал казаться куда как теплее и гостеприимнее.
— Только не надо за нож хвататься, — упреждает его Рудольф: — я тебе слово даю что никто тут ни тебя, ни твою девчонку рыжую не тронет. Но… сам посуди, малыш, ты посреди тракта с двумя телегами раненных, явно в бою раненных, а не больных лихорадкой или чем там… твоя рыжая «женушка» хоть и благородная дейна, но… — он морщится. В этот момент в таверну входит тот самый молодчик с тонкими усиками, увидев их он подходит к столику и щелкает каблуками.
— Приказание выполнено. — рапортует он: — раненых разместили в монастыре, благородная дейна Кристина сопровождена и ожидает снаружи… я предложил ей и ее людям разместиться в номерах на втором этаже… вот только драгунов оттуда выкину, которые с Магдой вчера пьянствовали…
— А, вот и ты… — Рудольф поворачивается к своему человеку и смотрит на него в упор: — Ференц, дружище, а ну-ка расскажи моему другу Леонардо Штиллу, что именно его выдало и почему это дурная затея — вот так по дорогам передвигаться?
— … — офицер переводит взгляд на Лео и колеблется, потом откашливается и делает шаг вперед.
— Дейн Штилл, вас выдает неумение держаться верхом и просторечия в обращении. А также ваши руки. — говорит он, четко, как будто продолжает рапортовать.
— Руки? — хмурится Лео, невольно бросив взгляд на свои руки. Руки как руки…
— У вас мозоли не там, где надо. — объясняет Ференц снисходительно: — у аристократа они на большом пальце сбоку, сабельный хват рукояти… а у вас… такое впечатление что вы больше коротким клинком работать приучены.
— Ты видел⁈ — восхищенно закатывает глаза Рудольф: — нет, ты видел⁈ Парень — молодчага! Полгода с нами, а какой прохвост! А ну, давай, дальше! Давай-давай!
— Благородная дейна Кристина безусловно аристократка, но… — продолжает Ференц: — у нее на руках следы от ожогов. И если только она не обожглась на кухне у себя в поместье, что невозможно… — он пожимает плечами: — значит она обучалась магии Огня. А Школа Огня — это школа боевых магов. При всем уважении к красоте благородной дейны я не мог не заметить, что она выглядит нездоровой и бледной… что скорее всего является следствием особого истощения вследствие чрезмерного использования магией.
— Нет, ты понял? — крутит головой Рудольф: — наш Ференц он как маг-сыскарь или как Квестор от Инквизиции, его бы в Тайной Канцелярии с руками оторвали бы…
— К вертухаям пойти? Нет уж, извольте! — офицер вздергивает подбородок.
— Да ладно, ладно… — машет рукой Рудольф: — ступай, Ференц, ты, как всегда, молодец. И да, выкинь драгунов из номера и прикажи чтобы там убрались, как-никак благородную дейну нашего малыша там поселим.
— Да я в общем-то и не собирался задерживаться… — начинал было Лео, но почувствовал тяжелую ладонь Рудольфа у себя на плече.
— Сиди. — сказал ему старый товарищ: — сиди и пей. Нам есть о чем поговорить, малыш. Эй! Магда! Пива нам еще! Кувшин можешь оставить…
Глава 8
Глава 8
— Вот такие, брат дела… — уже изрядно поддавший Рудольф похлопал Лео по плечу: — раскидала нас война в разные стороны, вон и Мессер в Тарг подался, а там кто его знает… может сейчас на той стороне воюет, за Короля-Узурпатора… ик! Но я тебе скажу так, на саблях рубиться так его лучше никого не найти, да и стреляет он из лука как бог, на спор ставили Якушу яблоко и он из лука… — наемник показывает как именно Мессер прицеливался: — на двадцати шагах точно в яблоко! Ни разу не промазал!
— Прекращай парню врать, — вставляет Густав, пододвигая к себе новую кружку: — один раз он промахнулся.
— А, ну да… — поскучнел Рудольф: — после этого Якуша стали звать Кривой Якуш, но не будем о грустном! Выпьем за встречу старых боевых товарищей! Не думал я что встречу паренька Штилла на дороге в Зибельштадт!
— Выпьем! — поддержал его тост Лео, у которого уже шумело в голове от количества выпитых кружек. Густав молча поднял свою и они столкнулись кружками над столом.
— Ху-ааа! — выдохнули разом боевой клич «Алых Клинков» и опрокинули содержимое в рот.
— Хорошо пошла… — утерся Рудольф и повернулся к Лео: — слушай, я пойду отолью, а ты пока посиди. Если до ветру хочешь, то… ик! С Густавом сходи… ты у нас лицо подозрительное, потому как лазутчик короля Арнульфа, но ты об этом… тшшшш! — Рудольф прикладывает палец к губам и шипит, оглядываясь по сторонам: — чтобы никому!