Сама территория выглядит мирной, безмятежной и такой спокойной. Легкий ветерок бегает среди крон деревьев, яркое солнце постепенно заходит за горизонт и озаряет алыми лучиками медленно плывущие облака.
Мы сейчас находились на опушке этого будто бесконечного леса и единственный ориентир тут – это Иггдрасиль. Гигантское дерево, что возвышается над всем миром и уходит в облака, здесь видны были лишь корни, что погрузились в твердь мира.
- Красиво…
Всего пару минут назад мы едва не изжарились в заднице демона. Там мы потеряли несколько товарищей, которые уже покинули Башню. Пару бойцов из Саблезубых, что серьезно скажутся на боевом потенциале подчиненных Леерены, а также Деймоса и Габриэля. Их потеря очень огорчает, и нам их тут будет не хватать. Вон, Ди плачет, что теперь не сможет в Башне больше приставать к Деймосу, а Жнецы теперь решают, как им без главного командования действовать. Нет, и ежу понятно, что бразды правления возьмет на себя Грим, но судя по его лицу, он не ожидал этого так быстро и парню надо обдумать свое положение.
Ну, пускай…
- О чем задумался? – послышалось позади.
Рэй махнул рукой и позволил остальным самим пинать Пуна.
- О всяком, - ответил я. – В основном я слежу, чтобы на нас никто не напал, пока мы приходим в себя. Пока вроде особо агрессивных животных я тут не чувствую. Только всякая мелочь.
- Можешь немного расслабиться, - махнул рукой палач. – Мы сейчас на опушке, тут ничего не будет, а вот внутри уже явно начнутся проблемы. Так что можно передохнуть.
- Да, отдых нам после такого не помешает, - кивнул я.
Мысли вновь вернули меня к прошлому этажу, но уже не к финальным событиям, а той битве, в которой нам пришлось поучаствовать. Тот человек в пальто и с красным шарфом, с которым мне пришлось сражаться. Он все еще не выходил у меня из головы и главное те эмоции, которые ощущались от него… просто жуть какая-то. Никогда не ощущал еще такого. Словно оказался рядом с каким-то некрополем, настолько жуткая от него идет ненависть, холодная и бессердечная.
Он меня пугает.
- Кажется, их назвали «Браконьеры», - вспомнил я. – А тот тип – Дисмас…
Его стиль боя был каким-то странным.
Я его чувствовал, знал наперед, как он будет действовать, и ощущал атаки, как обычно, но каждый раз оказывался, сбит с толку и не готов к его трюкам. Мои силы впервые дали ощутимую осечку и это едва не стоило мне жизни в Башне. Рэй же, в отличие от меня, держался против него куда лучше.
- У этого типа чертовски много «игрушек», - покачал архонт головой. – Когда я посмотрел на него своими Глазами Фирициана, то чуть челюсть не уронил от количества разных артефактов с уникальными свойствами. Левая Рука Харгора, пистолеты на скорострельность, пальто с повышенной защитой, кинжал с ядовитыми испарениями, шарф-противогаз, сапоги-скороходы, дофига различных гранат в карманах доспехов и такой же тубус со свитками, как у тебя, за спиной… Тебе повезло, что он еще не раскачался толком.
- Вот значит как, - хмыкнул я. – Тогда все понятно.
Мое предчувствие работает на намерениях противника. Когда способность отработана сотни раз и её владелец на автомате отмечает в мозгу траекторию и площадь удара, «помечая её… Ну, пусть будет «убийственным намерением». Но вот если применяется куча различных предметов, чьи эффекты не стали близки владельцу, как его собственные конечности, да и не станут никогда… Тогда все плохо. Все же моя сила - это эмоции, а не прозрение будущего. У вампиров же я учился именно полагаться на эмпатию и интуицию вместо органов чувств, но этот враг требовал от меня именно внешней внимательности, к чему я был не готов.
- Есть куда стремиться…
- Да, для тебя он просто очень неудобный противник, - пожал плечами Рэй. – Мне вот тот маг был очень неприятен. Окружил себя барьером против моего Скачка, а затем обстреливал меня блуждающими пулями.
- С этими типами мы точно намучаемся, - покачал я головой. – Но теперь хоть ясно, что от них ждать. Второй раз застать себя врасплох не дадим.
- Это точно.
Мы некоторое время молча смотрели на творящийся там бедлам. Коллективное пинание Пун-Пуна начало приобретать массовый характер. Оно бы имело смысл, если бы ушлый кобольд не убежал оставив после себя обманку. Ну, ничего, скоро его найдут, и весь этот бедлам начнется с новой силой.