Дракон насмехался надо мной ежеминутно из своего заточения. Мы оказались в одной связке с тех пор, как он влез в мой разум, а я заявил права на него.
Бесспорно, если бы я ему тогда поддался, мне пришёл бы конец. Но я объявил дракона частью себя, и ему пришлось подчиниться, ведь в тот момент плотность его тела равнялась плотности моей мысли. Он сам загнал себя в ловушку. Злейшие враги оказались связаны теснее, чем союзники.
— Думаешь, выиграл? — утробный рык дракона в очередной раз пронёсся глухой вибрацией по камням, из которых были сложены мои стены. — Ты дурак, если считаешь себя победителем. Ты нашёл управу на меня, но появятся однажды и другие. Те, кто намного сильнее. Это лишь вопрос времени, когда судьба вас настигнет. В лапах драконов — бесконечность. Все светлые миры будут стёрты, а их обитатели возвратятся в Бездну!
Я не ответил. Зачем спорить с проигравшей стороной? Пусть тешит себя несбыточными иллюзиями.
Мне и без того было чем заняться. Каждое мгновение я прислушивался к голосам созданий из гибнущих миров. Они умоляли, шептали, кричали, выли, как больные звери, мечась в панике… Я не имел в распоряжении достаточного количества защитников, чтобы спасти всех. Я отправлял друзей лишь туда, откуда слышались самые отчаянные мольбы. Возможно, я был не прав. Подчас тому, кто еле шепчет, помощь нужна больше, чем тому, чьи лёгкие разрываются от воплей.
Как бы я хотел найти способ раз и навсегда закончить кошмар! Ради достижения этой цели я постоянно старался дотянуться сознанием до других Башен, чтобы спросить, как они справляются. Может, кто-то придумал способ победить чудовищ? Но я не получил отклика. Похоже, в Бездне других, подобных мне, не существовало.
Лика общалась со мной, даже находясь неимоверно далеко и сражаясь в чужих мирах. Эта незримая связь спасала от отчаяния. Если бы я не ловил её мысли и чувства, то давно бы обезумел. Другие защитники ничего не подозревали о наших непростых отношениях и о глубокой ране, которую я однажды нанёс Лике. Она так и не призналась друзьям, куда делся Хьюго. Я слышал её мысли и знал причину. Ей слишком больно было осознавать, что больше нам не удастся поговорить, стоя лицом к лицу.
Она часто плакала на самом верху под куполом, глядя в звёздное небо, созданное мною для неё. То была имитация звёзд, которую я помнил из нашей последней жизни. Моя память ещё не угасла. Я помнил синее небо Земли.
***
Морган и Терри постоянно подкатывали к Лике с недвусмысленными намёками, но она всегда отвечала холодностью. Я же испытывал перед ней вину. Ведь я больше не являлся мужчиной! Я стал сооружением, выполняющим оборонительные функции. Лучше бы она выбрала кого-то из ребят, обретя счастье. Вот только как ей сказать об этом? Слов моих она не слышала. Я изощрялся, как умел. Увы, изображая ветер и падающие листья, залетающие сквозь окна, многого не расскажешь...
— Сдохнешь ведь от ревности, глупец, — злорадно предрёк как-то раз дракон, укладываясь спать в своей темнице. — Благородным притворяешься перед самим собой, но при этом готов убить её любовника, если тот вдруг появится. Да, пожалуй, тебе грозит только смерть от ревности... Впрочем, туда и дорога. Сдохни. А я выйду на свободу. Никогда бы не подумал, что такое ничтожество, как ты, поймает меня.
Дракон положил голову на лапы и закрыл глаза. Я с горечью вздохнул. Мой фундамент, залитый морской водой, в тот день просел вниз ещё на пару сантиметров.
***
Ребята на протяжении долгого времени справлялись неплохо. Новые мечи давали много сил. Три тысячи лет обороны миров для них уже не являлись пределом возможного. Часто удавалось изгнать нечисть и закрыть брешь в оболочке мира, прежде чем её снова прорывали твари. То была крошечная, но всё-таки победа.
Иногда ребята умудрялись сражаться даже за пределами гибнущих миров, в кромешной тьме Бездны, где, как мы думали, невозможно выжить. Оказалось, и это ошибочное мнение! Или мы просто стали сильнее?
Драконы, встречая защитников на своей территории, почему-то теперь всегда отступали. Они начали прятаться, будто боясь поражения в битве. Выходит, мечи, созданные мной, были не так уж плохи? От этой мысли я немного воспрянул духом. Печалило лишь то, что не находилось поддержки от других Башен. Бездна выглядела чересчур огромной для нескольких защитников вроде нас. Лика и остальные не рисковали уходить слишком далеко в её глубь.
Но я уже настроился на дальнейшее усиление борьбы и на возможную грядущую победу. Только вот дракон вдруг начал усмехаться в тишине своей темницы всё злораднее... Я не понимал, чему он радуется. Когда же понял, стало поздно. Появился новый враг. Хуже драконов и прочих тварей, с которыми мы до сей поры сталкивались.