— Ты не посмеешь, — прошипела она, будто дикая кошка, и во взгляде её я прочёл неистребимую ненависть. — Мерзкий паук… Ты не дотянешься своими грязными лапами до этих деревьев!!!
От слова «паук» что-то противно сжалось внутри. В сознании прорезалось изображение просторной комнаты со стрельчатыми окнами. Всюду паутина. Люди опутаны нитями, сплетёнными из незнакомого мне прочного металла. Я вмурован в стену. Или нахожусь в камнях? Но как это возможно, если я здесь? Как я могу находиться где-то ещё? Наверное, мерещится.
Внезапно всё погасло так же быстро, как и появилось. Я торопливо протёр глаза. Вот мерзавка! Умудряется колдовать даже сейчас, со всеми антимагическими амулетами на теле!
— Клянусь, твоим дубам придёт конец, если ты немедленно не ответишь! — снова пригрозил я, демонстрируя ей пламя, повисшее над моей ладонью.
Старуха внезапно сдалась.
— Нужен особый ритуал, чтобы чаша поменяла хозяина, — с трудом выдавила ведьма. — Иначе это будет просто бесполезная стекляшка. Она не даст никому эликсира.
— И ты проведёшь обряд передачи? Сейчас? — многозначительно намекнул я.
— Да. Я передам артефакт тебе. Ты пришёл вовремя, — старуха невесело усмехнулась. — Как будто чуял… Завтра чаша наполнится эликсиром, ты выпьешь напиток и продлишь свою жалкую жизнь.
Я медленно кивнул, давая понять ведьме, что вполне удовлетворён её ответом. При других обстоятельствах за подобную грубость я кому угодно свернул бы шею, но сейчас плевать. Пусть говорит, что хочет. Главное, заполучить чашу.
— Богоподобный господин! — возмутился один из сопровождавших меня офицеров. — Но вы обещали чашу Его Величеству! Нужно, чтобы наш король стал следующим хозяином. Скорее отправьте кого-то во дворец с известием о готовящемся ритуале! Его Величество обязан выпить эликсир завтра.
Я неторопливо обернулся к этому дураку и одним движением руки заставил его губы прочно срастись между собой. Получилось недурно, будто, начиная с рождения, рта у этого идиота и не было. Офицер задёргался, замычал, но своих поганых губ открыть уже не мог, как ни пытался. У остальных сопровождающих мигом пропала охота перечить. Они сделали вид, будто ослепли и оглохли.
— Начинай, — обратился я к ведьме. — Мне надоело торчать в этом лесу!
— Сними с моих рук кандалы, — старуха смотрела прямо мне в глаза. — И эту бирюльку с моей шеи убери. Ведьма, лишённая сил, бесполезна.
— Клянусь, если ты попытаешься что-то вытворить, о чём мы не договаривались, твои любимые дубы сгорят дотла, — снова предупредил я старуху, приближаясь к ней. — А если тебе удастся убить меня раньше, чем я их сожгу, можешь поверить, моя душа и после смерти найдёт способ уничтожить рощу. Я вселюсь в чужое тело, вернусь сюда и уничтожу каждое дерево! Я сильный маг. Я смогу это сделать.
— Мне ли не знать твою силу? — было непонятно, насмехается она или говорит серьёзно. — Только знания свои, «сильный маг», ты используешь не во благо.
— Что такое, по-твоему, благо, старуха?
— Забота обо всех живущих.
Никогда мне не доводилось так громко смеяться! Я хохотал до слёз, катящихся ручьями по щекам. Наконец, с трудом успокоился, вытирая рукой лицо.
— Ты глупа, несмотря на прожитые столетия, — заговорил я. — В этом мире каждый старается для себя. Если растрачивать силу на всех, то себе ничего не останется. Так говорил Аттар, и я усвоил его мудрость.
— Ты думаешь, будто он мудрость тебе передал? — прищурилась ведьма. — Он отравил тебя. До мозга костей и ядра души! Он влил в тебя яд, только ты никогда этого не признаешь.
Её слова опять задели за живое, и я разозлился на себя за такую глупую реакцию. А старуха всё не унималась, продолжая оскорблять.
— Ты ходячий труп, воображающий себя живым, — старуха продолжала смотреть на меня так пристально, что стало не по себе. Потом она указала выразительным кивком на свои закованные руки, заломленные за спину. — Снимай, если хочешь получить чашу.
Эта ведьма бесила меня и в то же время выглядела такой поразительной родной и знакомой! Почему?!
— Ты ведь знала меня раньше? В прошлой жизни или ещё когда-то? — спросил я напрямую, прежде чем снять кандалы. — Отвечай!