— Слушайте приказ Его Величества! — Лика развернула пергамент, обращаясь к стражам, охранявшим меня и моих товарищей. — Все эти дубы, — Лика медленно обвела рукой деревья, растущие на поляне, — подлежат уничтожению. Их срубят, погрузят в телеги и отправят Его Величеству. Конечно, это задание не на один день, но начало будет положено сегодня.
Стражи застыли, недоумённо переглядываясь. Кажется, они не понимали, в чём дело.
— Но разве эти деревья не являются бесценными? — рискнул спросить один из охранников. — По этой причине мы и оберегаем их!
— Отныне они не считаются ценностью. Когда пришлют лесорубов, не препятствуйте им делать их работу, — отрезала госпожа Эрби. — Я позволю вам ознакомиться с приказом Его Величества, чтобы ваши сомнения исчезли.
Швырнув пергамент в лицо тому, кто осмелился задать вопрос, Лика вскочила в седло и пришпорила коня. Чаньямари в теле Раатта последовал за ней. Я мысленно вздохнул. Вот и всё. Я не сумею спастись. Меня ждёт участь стать строительным материалом или сгореть в печи. И как этому пауку удалось убедить короля уничтожить то, что давало ему исцеление от любых хворей?
«Не настало ли время объединиться?» — раздался внутри лукавый голос дракона.
Я вздрогнул, не веря в происходящее.
«Ты всё ещё здесь?!»
«По жизни с тобой, — подтвердил дракон, правда, в его интонациях я уловил печальную обречённость. — Если Бездна по ошибке породила такую мразь как Чаньямари, то нам ничего не остаётся как объединиться и завалить вместе весь паучий выводок. Как идея?»
«Один раз я уже поверил тебе, — заметил я. — Во второй раз не выйдет. Лучше пусть меня срубят и распилят, чем пойду на сделку с тобой!»
«Ты законченный дурак, — по-свойски «обласкал» меня дракон. — Столько тысяч лет живёшь и борешься со злом, но ничего так и не понял. А ведь такому богатому опыту даже мне стоило бы позавидовать! Ты был беззаботным эльфом в Нектарном Мире, потом защитником Башни, человеком Земли, самой Башней и, наконец, стал дубом в Западной Сандгирии, но ума не прибавилось. Другие, подобные тебе, хоть отчасти понимали… Или пытались. А ты до сих пор так и остался… деревом!»
«Что я должен понимать?! — заорал я в бессилии. — То, что такие, как ты, уничтожили мой мир?! То, что я веками бесполезно бился в заведомо проигрышных битвах, спасая земли, которые были всё равно обречены? Ради того, чтобы какой-то паук в конце концов сожрал всех?!»
«Всё было ради созревания целебных желудей, — важно отметил дракон. — Мы теперь точно знаем, что пауки от них дохнут. Это весьма ценная информация, не находишь? На самом деле, если говорить серьёзно, жёлуди ни при чём. Твоя душа в процессе развития стала ядом для пауков. Теоретически, если тебя расплавить до состояния эссенции и вылить это вещество на паутину, находящуюся внутри Башни Гардиан, то выводку Чаньямари придёт крышка. Ты очень ценен, бро!»
«Проваливай в Бездну! — выругался я. — Дай умереть без необходимости слушать весь этот бред!».
«Давай подойдём к проблеме с другого бока, — дракон и не думал затыкаться. — Тебе ведь говорили, что именно Бездна порождает всё сущее. Творцов, монстров, бла-бла-бла... Короче, я — сердце Бездны, а потому могу выбирать, кого наделить своей силой. Пожалуй, выберу тебя, ибо альтернативы не видно. Предпочёл бы разделить силу с той рыжей красоткой, больно она хороша, но так уж вышло, что меня изначально поймал ты. Значит, тебе и карты в руки. Ты сначала сдохнешь, но благодаря моей силе воскреснешь. Гарантия стопроцентная. Вспомни, как драконы умеют регенерировать! Вспомнил? То-то! Однако сначала придётся самоуничтожиться и заодно сжечь паучье гнездо, свитое внутри твоего предыдущего тела. Это я про Башню, если что».
«Сам сдохни вместе с пауками», — я по-прежнему не воспринимал его слова всерьёз.
«Нет, тебе всё-таки придётся выполнить эту непростую миссию! В неё также входит возведение новой Башни после регенерации. Ну и, бесспорно, возвращение твоих друзей-защитников. Только вашей главной задачей будет не махать мечом, борясь с ветряными мельницами, а оберегать верхнюю вуаль от заполнения искажёнными мирами. Ибо дураков, жаждущих создать такие миры, по себе знаю, будет полно. Справишься?»
Вот теперь я окончательно застопорился. Но вместе с тем появилось и неистребимое любопытство. На миг я даже забыл, что меня убивают!