«Не смотри ему в глаза, не слушай! Будь осторожен, не попадись на его уловки», — неожиданно пронеслось ветром внутри, почти на границе слышимости, но я так и не понял, кто меня предупредил.
Наконец, вода выплеснула меня в середину просторного зала, инкрустированного хрусталём и изумрудами. В центре, освещённая сверху гигантским сияющим шаром, стояла металлическая клетка, окружённая пузырём воздуха. Внутри спал дракон, положив длинную морду на передние лапы. Ящер свернулся калачиком, обернув своё тело гладким чешуйчатым хвостом. Чудище не занимало даже трети клетки, в которой его держали. За многие тысячелетия я повидал куда более страшных тварей, поэтому спящая рептилия средних размеров не показалась мне опасной.
Почуяв присутствие врага, браслет превратился в клинок. Без страха я приблизился к прутьям. Вот и всё. Надо поразить его, воткнув меч в шею. Он умрёт мгновенно, даже не поняв, что с ним случилось, а я вернусь обратно.
«Так бесславно убить кого-то — позор, — подумалось вдруг. — Не много чести в том, чтобы сильнейшему воину одолеть спящего и безоружного, даже если это чудовище».
Пока я размышлял, стоит ли проявить благородство, благоприятный момент был упущен. Дракон приоткрыл один жёлтый глаз с вертикальным зрачком-чёрточкой. Я отшатнулся. Рептилия зевнула и встала на лапы. Потянулась, будто гигантская кошка, обнажая клыки.
— Пришёл? — с притворной лаской произнёс монстр, приближаясь вплотную к прутьям клетки и скрежеща по металлу толстой чешуёй. — Полагаю, чтобы прикончить меня?
Я молчал. Смотрел на него и понимал: это вовсе не одна из тех тварей, с которыми я сталкивался прежде. Другие не могли говорить на понятном мне языке. А этот говорил, и его голос был невыразимо приятен, что не соответствовало жуткой внешности.
— Почему не отвечаешь? — вкрадчиво продолжала рептилия. — Тебя прислали ради убийства? Так давай, не стесняйся! Рази. Надеюсь, тебе ничего не стоит прикончить безоружного человека — такого же, как ты?
Я растерялся от его слов, и мой клинок погас, уменьшился в размерах, снова становясь браслетом.
— Если ты человек, почему сидишь в клетке и выглядишь как дракон?
— А Башня разве тебе не рассказала?
— Нет.
Я напрочь забыл, что меня предупреждали не слушать его и не смотреть… Я уже глядел в эти узкие зрачки, похожие на врата в Бездну, и не мог оторваться.
— Ещё бы, — дракон усмехнулся совсем по-человечески. — Зачем рассказывать правду, если Башня решила и тебя вместе со мной принести в жертву?
— Лжёшь! — выкрикнул я. — Башня оберегает защитников! Она не способна предать!
— Но всё же подумай, — дракон наклонил голову, — почему так долго сражаясь, защитники никогда не выигрывают? Почему мечи увеличивают свою мощь, питаясь кровью убитых жертв, но при этом никто из вас не стал достаточно могучим, чтобы победить всех врагов? И последний вопрос, который ты просто обязан себе задать: куда пропали самые сильные защитники, бывшие здесь до тебя?
— Погибли в бою с такими, как ты! — выпалил я.
— Бедняга. Тебе бы хотелось думать так, но истина заключается в том, что Башня убивает сильнейших. Давай, пронзи меня! И знаешь, что случится дальше? Ты займёшь моё место в клетке и будешь торчать здесь до тех пор, пока кто-то другой не станет достаточно сильным, чтобы Башня надумала избавиться и от него. Тогда она пришлёт следующего защитника сюда, и он прикончит тебя. Этот несчастный будет уверен, что убивает дракона, осьминога, паука или ещё кого-то, ведь Башня исказит твой облик так же, как сейчас исковеркала мой.
— Зачем ей это? — похолодел я.
Моя уверенность в собственной правоте поколебалась.
— Борьба не должна прекращаться. Никто не должен ни окончательно победить, ни бесповоротно проиграть. Башня живёт за счёт того, что защитники убивают тварей. Она получает силу через мечи. Питается энергией, которую воины растрачивают, бесполезно сражаясь. Если все защитники умрут, Башня падёт, потому что некому будет питать её. Если погибнут все твари, не с кем станет сражаться. Пойми, любые формы жизни — лишь её корм. Самый страшный монстр — сама Башня.