«Нет. С нами покончено, — зов Ясмины стал ещё слабее. — Знаешь, я больше не слышу остальных. Они молчат. Все до одного. Мы с тобой последние».
Я чувствовал ужас и горечь, испытываемые ею, и от этого было только тяжелее. Зря она утешала меня. Я не заслужил ободряющих слов. Что бы Ясмина ни говорила, наши друзья погибли по моей вине, потому что я позволил обмануть себя, как глупый мальчишка.
— Я хочу увидеть синее небо вместо этой вечной серости. Ещё хоть раз, — полузадушенно донеслось до меня. — А ты?
— Да, — тяжело сглотнув, выдохнул я, из последних сил пытаясь дотянуться до неё, но туши драконов — тех, кого всё-таки удалось прикончить, давили на грудь сильнее каменных глыб. — Я тоже.
— Давай уйдём к синему небу, — сознание мутилось, я почти переставал понимать, кто мне это говорит. — Давай встретимся там, где мир ещё не поражён тварями. Обещай, Хьюго…
Драконья кровь окончательно поглотила меня, и я, ничего не ответив, провалился в бесконечный мрак.
Глава 3. Мир с синим небом
Небо было невероятно высоким. В этой невозможной синеве и кристальной прозрачности плыли, лениво меняя очертания, хлопья чего-то белого, пушистого. Здешняя звезда искрилась ярко-жёлтыми лучами. Её не перечёркивали никакие линии. Я смотрел и не мог оторваться от этой необыкновенной синевы, по которой безумно скучал. Я тянулся к небу сжатыми кулачками, задорно смеясь.
Кто-то большой и сильный подбрасывал меня вверх и снова ловил, басисто хохоча.
— Да, вот так Серёженька умеет летать! — поощрял нас чей-то ласковый голос.
— Иди к маме, — сильный человек протянул меня своей молодой, красивой спутнице, и та осторожно взяла меня на руки, нежно чмокнув в макушку.
— Серёженька проголодался, — ворковала женщина, откровенно любуясь мной, когда мы пришли домой. — Его надо покормить. Ничего, сейчас мама даст бутылочку!
Мне ткнули в рот что-то мягкое. Эту штуку я сжимал челюстями, чтобы получить питание. Жидкость, которой меня поили, была тёплой, сладковатой, совсем не похожей на нектар. Я силился припомнить, откуда знаю о нектаре, но память вдруг рассыпалась осколками, и не осталось ничего. За тёплой сладостью скрывалось что-то огромное, опасное, и память запрещала приближаться к этому страшному нечто, спрятанному внутри.
— Серёженька вырастет и пойдёт в садик, потом в школу, — меня положили на спину, чтобы переодеть. — Серёженька станет умным мальчиком, правда?
Я быстро-быстро перебирал в воздухе ногами, ставшими вдруг очень лёгкими, и эти движения доставляли искрящуюся радость, почти как раньше. «Раньше? Когда?» Я не помнил.
Мне нравился этот мир. И ласковая женщина, называвшая меня Серёженькой, нравилась. Иногда только казалось, будто я что-то важное потерял, но так и не удавалось вспомнить, чего же я лишился.
***
Уже в девять лет я стал тем самым умным мальчиком, о котором мечтала мама. Я учился на круглые пятёрки, занимался в трёх секциях и обзавёлся лучшими друзьями — Владом и Стасом. В том же году в наш дом переехала семья из другого города. Они поселились в соседнем подъезде. Отец, мать и симпатичная девочка с длинными волосами потрясающего огненно-рыжего оттенка.
С ней-то я и решил познакомиться, едва её увидев. Я подозревал, что Стас и Влад будут поддразнивать, что, мол, с «хвостиками-бантиками» дружу, но рыжая девочка с глазами цвета солнечных лучей привлекла моё внимание мгновенно. Стоило только раз взглянуть — и показалось, будто я всегда её знал.
— Привет, — выбрав удачный момент, я подошёл к ней во дворе, пряча вспотевшие ладони за спину и обмирая от волнения.
— Привет, — она склонила к плечу голову, всю усыпанную мелкими кудряшками. Такими яркими, необыкновенно красивыми!
— Меня Серёжей зовут. А тебя?
— Я Анжелика. Можешь звать Ликой.
— Хочешь со мной дружить?
— Ага, давай!
Она пристально разглядывала меня, а я чувствовал, как всё сильнее дрожат колени, лицо новой знакомой расплывается, а сквозь её облик проступает другой — взрослой женщины с рыжими косами и янтарными глазами. Я проморгался и машинально дотронулся до своего правого запястья. Мой мимолётный жест не укрылся от Анжелики.
— Ищешь браслет? — неожиданно спросила она.