— Чего? — удивился я.
— Ну… Чёрный с белой бусиной. Мама говорит, у меня никогда не было такого, но я-то помню. Бывает, как ты, руку трогаю, потому что хочу вернуть его, но он пропал. Но если ты не ищешь браслет, тогда зачем запястье трёшь?
— Так просто. Сам не знаю.
Похолодев внутри, я вдруг понял, что браслет, правда, был. В точности, как описала Лика — весь чёрный, а внизу белая бусина, как капля молока. Наваждение какое-то.
— Ладно, — прерывая мои мучительные раздумья, рассмеялась Лика. —Идём играть.
Следующие пять лет стали самыми светлыми в моей жизни. Полуугасшие воспоминания о чём-то далёком отступили. Имела значение только дружба, совместная учёба, игры, походы в гости. Я решил жениться на Лике, когда повзрослею. Я не собирался выбирать никого другого, кроме неё!
Всё закончилось в одночасье, когда нам исполнилось по четырнадцать.
— Ты смотришь «ужастики»? — неожиданно спросила Лика, когда мы сидели на скамейке под цветущей липой.
— Нет, — честно ответил я. — А надо?
Родители были категорически против «этой гадости», как они называли современные фильмы, демонстрируемые по кабельному телевидению. Да и я сам не горел желанием смотреть. Я любил посещать кружок моделирования, увлекался футболом и программированием, как Стас и Влад, которым тоже было не до выдуманных «страшилок».
— А я глянула вчера, — Лика поёжилась, будто от зимнего холода. — У отца моей подруги Маши видеомагнитофон появился, — Лика вымученно посмотрела на меня, и от её взгляда у меня внутри всё оборвалось. — Так вот, они настоящие, Серёж. Они ходят рядом, только их никто не видит. Я увидела монстров прямо в комнате. Они стояли возле Маши.
— Да ладно, — внутри у меня тоже ёкнуло, когда Лика сказала это, но я пересилил себя. — Ерунда. Ты просто перенапряглась из-за фильма. Тебе надо отдохнуть.
Лика поднялась со скамейки и пошла к подъезду, коротко бросив обиженное «пока» через плечо. Я почуял неладное и быстро догнал её. Развернул лицом к себе, но она смотрела куда-то вбок, мимо меня.
— Слушай, — я взволнованно поглаживал её по блестящим, волнистым волосам, — ну, глянула вчера жуткий фильм, ну, испугалась. Монстры выдуманные, бояться нечего. Они не могут попасть в комнату. Это даже первоклассники знают!
— Нет, Серёж, — ответила Лика и подняла на меня глаза, полные слёз. — Они существуют, а у нас нет больше мечей, чтобы бороться! А если это так, шансов нет, миру конец.
— Ничего не понимаю, — её слова, в которые отказывался верить разум, срезонировали где-то глубоко в сердце. Я чувствовал, что вот-вот вскроется бездонная пропасть, спрятанная во мне. — Какие мечи? Что значит «бороться»?
Я намеренно отвергал сказанное ею. Я хотел сохранить нетронутой спокойную жизнь с синим небом, жёлтым солнцем, с мамой, отцом, Владом, Стасом и с ней. Я намеренно отказывался замечать то, что с самого рождения пряталось внутри. Я до одури боялся этого.
— Пожалуйста, вспомни! В другом мире мы были знакомы. Мы боролись с чудовищами, — волнуясь и захлёбываясь, заговорила Лика. — Наши мечи выглядели как чёрные браслеты с белыми бусинами, а в бою превращались в клинки. Они становились частью наших тел, продолжением руки! Взяв меч однажды, нельзя было избавиться от него. Это оружие дарила Башня Гардиан. А потом она пала. Ты выпустил заточённого дракона, не посоветовавшись со мной, не предупредив никого из наших. Но это случилось лишь потому, что мы в свою очередь не предупредили тебя! Драконы убивают разум. Они сильнее всех в Бездне. Но каждый, кому удастся пленить дракона, получает силу уничтожать монстров и передавать эту силу другим через духовные мечи. Когда-то давно древнему магу удалось заточить дракона, а потому у нас, защитников, была огромная мощь, но всё теперь утрачено. Без Башни и мечей Землю не сохранить. Эта планета не спасётся сама, ведь люди слабые. Ты посмотри на них, — Лика понизила голос до шёпота. — Они не выдержат взгляда самой крошечной твари, поэтому вместо настоящих сражений снимают фильмы про чудовищ, но, как лицемерные трусы, отрицают существование Бездны!
— Лик… Давай я тебя провожу. Поспишь. Завтра тебе точно станет лучше, — непроизвольно вырвалось у меня.
— Думаешь, я вру? — оскорбилась Лика. — Или с ума сошла?!