Интерьер дворца был выполнен не просто со вкусом и стремлением поддержать августейшее достоинство… была в стремлении украсить дом правителей королевства какая-то нежность.
Я судорожно вздохнула. Имела ли я право хоть на самую малую толику этих богатств?
Едва ли. Бастард, незаконнорожденный всегда будет чужим в доме того, кто волею случая и чувства, которое, может быть, слишком самонадеянно называть любовью, дал ему жизнь.
Бастард.
Бастард.
Бастард.
Я иду по дворцу в образе своей сводной сестры Ви Златоволосой, и это слово, как марш, как проклятье, звучит у меня в ушах. Я иду и думаю о том, сколько уже успело произойти с тех пор, как я въехала в Кайну, и сколько произойдет еще...
Как же самонадеянна и жестока ты, дочь Катарины.
Не более самонадеянна, чем те, кто дал мне жизнь, не более жестока, чем та, кто отняла их у меня.
И я чувствую, как ярость закипает в моей крови, и готовы пролиться на грудь злые слезы, слезы обделенности и разочарования, и я убыстряю шаг, и высокомерно киваю слугам, попадающимся на пути, и я выхожу из дворца, никем не остановленная и неузнанная, я иду по парку, где сегодня едва не погиб мой враг, и где теперь о случившемся напоминают только поломанные кусты и развороченные клумбы, и вот я уже там, где нет ни стражников, ни королевы, ни короля.
И я смеюсь, смеюсь до слез: я на свободе, и как же это оказалось просто.
Дорогие читатели!
Если вас заинтересовала книга, продолжение можно прочитать здесь:
https://litmarket.ru/books/bashnya-iz-slonovoy-kosti
Конец ознакомительного фрагмента