Глава 21-23
Глава 21
«Лучшая книга года», «Роман, переворачивающий сознание», «Главный герой Йонас – великолепен», «Синий кит заставляет задуматься».
Заголовки бульварных газет и журналов буквально кричат обо мне и моем романе с витрин киосков и магазинов.
Каждый хочет себе экземпляр, каждый хочет прикоснуться к тому, на что так рьяно облизывается любой уважающий себя критик.
Издательства разрывают мои телефоны, они просят от меня хоть что-нибудь, готовые купить даже записки на салфетках, перекрикивающие друг друга, всё сунут мне свои деньги. А как же «люди это не купят», «не формат»? М? Всё же купили? Как жаль, что ваш поезд ушёл, но ушёл он не в том направлении, на которое я рассчитывал.
Читатель, как маленький ребёнок, всё играется с моей книгой, не желая читать между строк. Да, видимо их зубы ещё не прорезались, они обсасывают сюжет, будто бы леденец, даже не подозревая о наличии в нем начинки.
Вечерами, сидя на кухне и куря сигареты, я читаю некоторые из писем, присылаемых ими. Всё довольно банально: каждый из них мой «самый преданный фанат». Но для меня эти письма значат намного больше, чем можно подумать на первый взгляд – они, как лакмусовая бумажка, показывают мне, как далеко в невежестве зашло наше общество. Поразительное сходство видит читатель между Йонасом и Мартином Иденом. Только вот сходства в них ноль.
Вы ведь не будете спорить, что Иисус Христос и Анна Франк не идентичные персонажи? Один из них стал мучеником не по своей воле, разочаровавшись в людях лишь в силу сложившихся обстоятельств.
Не попади Анна в концлагерь, как и Мартин Иден не попади на приём к Руть. Они всё также сидели бы где-нибудь на крыльце, удивляясь красоте гербария, собранного на прошлой неделе. В отличие от них Христос отчетливо знал свою цель, став мучеником по своей воле и донеся крест до Голгофы.
Вновь звонит телефон, надеюсь это агент, мне многое хочется с ним обсудить.
Глава 22
В наушниках «Рumped up kicks». Я на кровати какого-то отеля, они так часто меняются, что не мудрено запутаться в городах. Вчера был Гамбург, сегодня то ли Дортмунд, то ли Дюссельдорф. Помню букву «Д» на въезде, остальное прошло как в тумане.
Бессмысленные встречи, презентации, автограф-сессии – меня уже тошнит от всего этого. Чувствую себя бородатой женщиной из цирка уродов. Люди всё приходят и приходят на меня поглазеть, а мне всё равно. Лучше бы я и вовсе не писал эту книгу. Лежал бы сейчас обдолбанный на липком полу притона с торчащей из вены иглой.
Вена, точно, агент говорил что-то про Вену. На следующей неделе в Австрии должна состояться огромная вечеринка, мы приглашены, там-то я и объявлю о намерении написать продолжение «Синего кита». Люди давно от меня этого ждут, всё чего-то хотят, что-то просят. Я дам им это, только смотрите не подавитесь!
Агент стал для меня старшим братом, но даже ему я не выдам свой план, ещё слишком рано, нужно обдумать концовку второй книги у себя в голове.
Глава 23
«Я пишу продолжение» – эти слова взорвали вечеринку. Незаслуженно отхватив аплодисменты незнакомых мне людей, удаляюсь в туалет, срочно нужно что-то принять, иначе я не выдержу рядом с ними и часу.
За мной в уборную заходит агент, его негодование можно понять. Не стоило ставить его перед фактом вот так. Он не в числе той биомассы, что считает себя богемной тусовкой, проводя вечера «рядом со звездами». Что это вообще за такой термин «звезда»? От него становится тошно, интересно, а они в курсе, что их звезда нюхает кокаин с ободка сортира прямо сейчас, медленно превращаясь в желтого карлика?
Мне повезло, я претерпел метаморфозы намного быстрее тех других, что становятся знаменитыми. Не за горами мой взрыв, от этой мысли по спине пробегает приятный холодок.
Агент всё пытается мне что-то сказать. Отстань, не лечи, лучше подай кредитку – мне нужно разбить дорожки! Он уходит, оставляя меня на кафельном полу одного.
Плевать, десны и ноздри уже леденеют. Но я всё равно чувствую этот чёртов запах, запах девушки в зеленом пиджаке. Она там, на тусовке, пьёт коктейли и мило болтает с кем-то из незнакомцев, я чувствую, я знаю это.
Забираю с раковины свою джинсовку и выхожу к людям, они вновь делают вид, что безумно рады мне. Это веселит, но и раздражает. Девушка в зеленом пиджаке стоит в углу, я замечаю её. Молча подхожу и беру за руку.
Да, она ненавистна мне! Однако девушка в зеленом пиджаке помнит меня другим, помнит меня настоящим. Почему бы не вернуть это чувство хотя бы на вечер.
Прихватив бутылку «Martini» и пачку «Marlboro gold», попутно забираю со столика чьи-то ключи от машины. Спускаемся на парковку, сотни раз блокируя и разблокируя центральный замок, мы, наконец, находим нужный автомобиль, им оказывается какой-то кабриолет.
Город не спит, ядовито неоновые вывески на домах отражаются в мокром асфальте. Я прошу включить её музыку! Громче, ещё громче! Я хочу, чтобы из ушей пошла кровь, я хочу не слышать своих гребаных мыслей. Что это? MØ? Идеально!
«forever yong»
«forever neverland»
Мы жадно глотаем вермут, закусывая губами друг друга. Она подкуривает сигарету, изредка давая мне затянуться. Да, это именно то, что мне нужно. Венские улицы сменяются так быстро, что я не успеваю следить за сигналами светофоров, на спидометре до жути неприличные цифры, но мы продолжаем. Девушка в зеленом пиджаке высовывается из-за ветрового стекла, крича прохожим, что любит их. Эта сцена безумно меня веселит, слёзы застилают глаза.