— Ха… ха-ха…
Тэвия утерла уцелевший глаз от слез.
Пока она бежала, ее пробило на истерический плач, замешанный в смех. Черная сталь весело позвякивала, когда билась об доспехи.
Несколько минут Рэдонель молча смотрел ей вслед, пока она не скрылась в боковом тонеле. Он отполз к валуну у стены и закрыл глаза.
— Скоро встретимся, брат… — пробормотал он и вскоре услышал шаги.
На стенах шахты заплясали тени. И у одного человека, среди вошедших тени не было…
— Ух ты какой ты фокусник, ха-ха-ха… кха…
— Где Тэвия? — спросил Ричард.
Отряды зачистки разбежались по шахте в писках уцелевших.
— Уехала домой. В общем-то я с ней согласен — Юсдисфал сейчас паршивое местечко.
Ричард улыбнулся:
— А Фидель ты видел?
— Она все-таки кинула вас, ублюдков? Умничка. Передам богам, что она исправила душу.
— Угу… ясно.
— Я ясно чувствую угрозу в твоем «ясно»! Знаешь, даже как-то приятно, что я больше не жилец!
— Ха-ха-ха-ха-ха! Это мы еще посмотрим.
Эрдо гнал лошадей так, что уставал сам. Погоня могла начаться в любой момент, и он был готов к любым хитростям.
В повозке тем временем было мрачно.
Тэвия с улыбкой смотрела на Фидель. Последняя не отрывала взгляда от коленей.
— И вот мы здесь. — сказала принцесса.
— Верно. Мы здесь.
— Знаешь, а война научила тебя выкручиваться из сложных ситуаций.
— Да, но не из всех, ха-ха.
Из носа Фидель тонким ручейком шла кровь.
— Знаешь, говорят, ты проклята… Хочешь увидеть настоящее проклятье? Сейчас. Пару минут и увидишь, — Фидель стала дышать глубже, словно ей не хватает воздуха. Голос сделался тише, — Все мы заключили с ним договор. Ричард дарует тебе жизнь в своем новом мире, но если придать его — то скончаешься от разрыва сердца… как-то не поэтично для него… ха… ха… Я просто хотела… попробовать…
Тэвия отложила Черную сталь в сторону и положила голову на жесткое бревнышко. Фидель умерла в полной тишине. В беззвучной тишине, но в очень звездную ночь.
Рьяма и Мартин ничего не заметили и продолжили переговариваться шепотом. Погони так и не случилось. Долгие часы пара повозок двигалась в ночи, не встречая никакого сопротивления. Все это время Тэвия продолжала смотреть на труп. Она и сама думала, что скоро умрет от потери крови, но Мартин и Рьяма пустили свои платья на повязки и постоянно ухаживали за ней.
К рассвету Эрдо вывел лошадей на главную дорогу, потому что с двух сторон ее окружали болота. За все время им не попалось никого похожего на человека.
Тэвия продолжала смотреть.
У нее не было особых мыслей. Она просто смотрела, как медленно остывает труп убийцы и предателя.
— Может выбросим ее? — предложила Мартин.
Тэвия молча кивнула.
Сестры вытолкнули труп из повозки и как ни в чем не бывало принялись обсуждать, что они в первую очередь купят в Ритонии.
Еще через несколько часов Эрдо остановил лошадей.
— Навстречу кто-то едет… большой кортеж.
Тэвия оживилась. Она вышла из повозки и заплакала.
То был королевский кортеж Ритонии.
— Пора просыпаться! — прикрикнул Ричард.
По его команде с Рэдонеля сняли повязку.
Ослепительный свет заставил его зажмуриться. Когда глаза привыкли он смог рассмотреть помещение.
Золотые колонны поддерживали высокий красный потолок, с которого свисали массивные люстры. На стенах фреской были изображены сюжеты самых известных юсдисфальских баллад. Напротив его лица сидел Доу Робертс. Слева и справа от него и дальше вдоль сидели многие представители юсдисфальской знати. В глазах молодых вампиров было предвкушение и нетерпение.
Только сейчас Рэдонель понял, что скован по рукам и ногам прочными стальными прутьями.
На широком длинном столе расположили более ста человек. Справа от Рэдонеля лежала его жена, слуги, и дальние родственники. Он также узнал нескольких солдат, которые доблестно сражались с ним в поместье Арден. Он попытался закричать, но внезапно понял, что глубоко в его рот засунут кляп, и чтобы для него было больше места, ему отрезали язык. Тарелка с языками всех собравшихся была оставлена на фуршет у входа в тронный зал.
Под всеобщее мычание в зал вошел король. Гельдер сильно помолодел и физически выглядел отлично.
Рядом с ним шла Аранта, придерживая клетку, как поднос. В ней болталась голова их отпрыска, проклятого принца Рацерика.
— Можем начинать, ваше Величество? — спросил Ричард, поклонившись.