– Он ведь и сам сгорит, – изумился я. – И вся его семья, и стража, и его драгоценная башня.
– Может, и нет, – пожала плечами Рейчел. – Здание спроектировано с установкой на автономность. Теплоизоляция, замкнутая циркуляция воздуха, жаростойкие материалы повышенной прочности. Даже стекла в окнах специальные взрывоустойчивые. Нерон может спалить весь город, а его башня останется нетронутой.
Мэг смяла пустую пачку из-под «Ю-ху»:
– Это на него похоже.
Уилл посмотрел на планы:
– Я не эксперт по чтению чертежей – но где тут подходы к чанам?
– Доступ только в одной точке, – ответила Рейчел. – Вход наглухо закрыт, автоматизирован и находится под охраной и постоянным наблюдением. Даже если удастся пробиться или тайно проникнуть внутрь, вам не хватит времени отключить генераторы, прежде чем Нерон нажмет тревожную кнопку.
– Если только, – заметил Нико, – вы не пророете подземный туннель к этим резервуарам. Можно вывести из строя всю систему, а Нерон даже не узнает.
– И-и-и мы опять вернулись к этой ужасной идее, – сказал Уилл.
– Они лучшие строители туннелей в мире, – настаивал Нико. – Они смогут пробиться сквозь бетон и сталь, даже сквозь небесную бронзу – и никто даже не заметит. Это наша часть плана, Уилл. Аполлон и Мэг сдаются в плен и отвлекают Нерона, а мы тем временем пробираемся под землей и выводим из строя его оружие Судного дня.
– Погоди, Нико, – сказал я. – Может, все-таки объяснишь, кто эти пещерные друзья.
Темные глаза Аидова сына смотрели на меня так пристально, как если бы я был слоем бетона, сквозь который нужно пробуриться.
– Несколько месяцев назад я установил контакт с троглодитами.
Я подавил смешок. Это было самое нелепое, что я слышал с тех пор, как Марс клялся мне, что Элвис Пресли жив и обитает, кхм, на Марсе.
– Троглодиты – миф, – заявил я.
Нико нахмурился:
– Бог говорит полубогу, что что-то миф?
– О, ты знаешь, что я имею в виду! Их не существует. Этот паршивый писака Элиан выдумал их, чтобы продать побольше своих книг во времена Древнего Рима. Племя подземных гуманоидов, которые едят ящериц и сражаются с быками? Я тебя умоляю! Я вот никогда их не видел. Ни разу за тысячи лет жизни.
– А тебе не приходило в голову, – сказал Нико, – что троглодиты могут прятаться от солнечного бога? Они терпеть не могут свет.
– Ну, я…
– Ты когда-нибудь пытался их разыскать? – настаивал Нико.
– Ну, нет, но…
– Они существуют, – подтвердил Уилл. – К несчастью, Нико их нашел.
Я пытался переварить услышанное. Я никогда не принимал всерьез рассказы Элиана о троглодитах. Правда, если честно, я и в существование птиц Рух не верил, пока как-то раз одна такая не пролетела над моей колесницей и не обгадила ее. Это был плохой день для меня, птицы Рух и нескольких стран, которые загорелись от моей вихляющей колесницы.
– Как скажешь. А ты знаешь, как их снова найти? – спросил я. – Думаешь, они нам помогут?
– Это два разных вопроса, – ответил Нико. – Но мне кажется, я смогу уговорить их нам помочь. Может быть. Если им понравится мой дар. И если они не убьют нас на месте.
– Отличный план, – проворчал Уилл.
– Так, – сказала Рейчел, – вы забыли про меня.
Я уставился на нее:
– В каком смысле?
– Я тоже иду.
– Исключено! – запротестовал я. – Ты смертная!
– А еще я вам необходима, – настойчиво сказала Рейчел. – В пророчестве об этом сказано: «Сумеет Дэр на тайный путь взглянуть!» Пока я только показывала вам чертежи, но я способна на большее. Я могу видеть то, что не доступно вам. К тому же у меня есть личный интерес. Если вы погибнете в башне Нерона, то не сможете сразиться с Пифоном. А если вы его не победите… – Ее голос дрогнул. Она сглотнула и согнулась пополам, задыхаясь.
Сначала я подумал, что глоток «Ю-ху» попал ей не в то горло. Я похлопал ее по спине, но это не помогло. Вдруг она снова села и выпрямилась. Глаза ее засветились, а изо рта повалил дым – обычно от шоколадных напитков такого не случается.
Уилл, Нико и Мэг отпрянули в своих креслах.
Я бы последовал их примеру, но на полсекунды мне показалось, что я понял, что происходит: пророчество! Дельфийские силы Рейчел вернулись!
Но потом меня затошнило от ужаса: я заметил, что дым не того цвета – не темно-зеленый, а бледно-желтый. А уж вонь… пахло кислятиной и гнилью, словно запах шел прямиком из подмышек Пифона.