Другими словами, вся эта тихая власть свергать королей и королев была в руках у Никитина.
Но при этом сам Император не пользовался разработками «Нейротика». Он предпочитал другой способ поддержания своего тела.
И Ладыженский, его партнер, вероятно тоже пользовался оком Минервы, а не репликацией.
Глава Биосада держится исключительно на фармакологических и технических достижениях медицины, и, хотя его жизнь уже давно превратилась в затяжное умирание, тем не менее от репликации воздерживается.
Что же получается?
Сначала Артем Вершинин пытался убить Анну.
Теперь Ладыженский пришел со сведениями об ущербности проведенной репликации и предлагает порвать ее в клочья. И к кому он пришел с таким предложением? К Никитину, хозяину «Нейротика»!
Что за чушь?
Если ты — хозяин сети ресторанов, вполне естественно есть в своих собственных заведениях. Потому что ты знаешь, кто и из чего там готовит.
А если ты — хозяин «Нейротика», разве не логично пользоваться его возможностями? Просто потому, что ты точно знаешь, что и как там происходит?..
Или же…
На самом деле там происходит что-то такое, что Никитин готов даже выращивать в людях око Минервы, лишь бы обойтись без репликации? И почему Ладыженский знает о неких конкретных операциях репликации больше, чем сам Никитин?
Все это звучало, как бред.
Если только…
Если только на самом деле в «Нейротике» заправляет вовсе не Никитин. И все, кто об этом знает, сторонится репликаций и готовы даже стать живой мумией, но не отдавать себя на процедуры в это учреждение.
Забыв вымыть тарелки, я, как лунатик, закрутил воду, сел за стол.
Меня терзало ощущение, что я близок к пониманию какой-то важной тайны, которую мы с Данилевским не учли.
Кому на самом деле выгодно уничтожить Селиверстову? Что это было за странное нападение иллюзиониста в гостинице, и почему Анна вдруг сказала, что убийцу заказала Лекса? Что скрывается за всеми этими странностями?
А теперь вдруг еще и Локи объявился.
За ним действительно охотятся? Или он сам сейчас — хитрый охотник? Ищет добычу в Москве? Хочет повесить на Данилевского заказ на убийство Антона Львовича?
Чему верить? И главное — кому?
Анна сказала мне: «Среди нас хороших нет».
Размышляя над всем этим, я совершенно потерял счет времени. И понял, что уже добрые полтора часа сижу, как пень, уставившись в стену.
Лекса уже давно спала в постели, не дождавшись меня. Часы на стене гостиной громко, пружинисто тикали, отсчитывая секунды. Я развернул интерфейс и, поколебавшись, написал Анне, что я в Москве. И хотел бы встретиться.
Я только вышел из душа, когда она вдруг ответила.
«Прилетай в Петербург. Адрес резиденции ты знаешь».
Ответить я не успел.
Первая волна пришла не с неба, а из-под земли. Просто пол дрогнул, и через секунду стекла вылетели с таким звуком, будто кто-то ударил по дому гигантской ладонью. Меня швырнуло в сторону, уши заложило.
Осколки, пыль, холодный ветер из разбитого окна.
Лекса вылетела из спальни — голая, взлохмаченная, с «волковым» в руке.
— Что происходит⁈ — выкрикнула она.
Я подскочил к окну, прижимаясь спиной к стене.
Осторожно выглянул наружу.
Примерно в полукилометре от нас горел жилой квартал. Столбы черного дыма, подсвеченные оранжевыми всполохами, взметнулись в небо. И одновременно с ними над городом раздался громкий вой сирены экстренной системы оповещения.
— Твою мать, что опять-то не так?.. — почти простонала Лекса.
Сквозь рев сирены я услышал грохот нашей ПВО.
— Внешняя атака. Вот только кто нас атакует на этот раз, хер его знает, — проговорил я, впихивая ноги в ботинки. — Оденься уже нормально, или без трусов на мороз побежишь?
— А можно я сначала хоть раз со своим парнем потрахаюсь, а потом уже и трусы надену и на войну побегу? — со злом выкрикнула Лекса — не мне, а кому-то там, далеко за окном. — Бездушные сволочи… — последнее она пробормотала уже себе под нос, убегая обратно в спальню за одеждой.
В небе разорвался снаряд, осветив на мгновение двор и мост через реку. И еще один. Я натягивал куртку, а внизу уже вовсю суетилась роботизированная полиция, мигая цветными маячками.
Интерфейс мигнул новым личным сообщением — от Тени Дьявола. И только я хотел его открыть, как прилетело еще одно. От Императора.