— В грузовом отсеке обживается, — ответил он. — А где мой близнец? Я думал, он нас проводить приедет.
— Не приедет, — решительно заявил Крестоносец.
— Это еще почему? — спросил я.
— Не знаю, — пожал он плечами. — Но не приедет.
И оказался прав, потому что через четверть часа Ян написал мне, что совершенно не может вырваться.
А еще через полчаса «Туран» закатили в трюм лайнера — огромное чрево, пахнущее керосином, маслом и чуть кисловатым запахом остывшего металла. Вездеход закрепили страховочными ремнями, вокруг расставили ящики. Последними загрузились мы.
Двигатели лайнера загудели, вибрация пробежала по полу, и наше путешествие началось.
Когда мы взлетели, Локи вытащил из кармана колоду старых потертых карт.
— Ну что? Давайте сыграем? А то лететь нам далеко, делать нечего… — протянул он. Его длинные гибкие пальцы запорхали над колодой, и казалось, что карты сами собой складывались в замысловатые веера, падали друг на друга и снова собирались в ровную стопку.
— Ну же, — подбодрил он, обводя нас всех хитрым взглядом. — Мы же команда! А команда должна уметь отдыхать вместе. Что может быть лучше карточной игры в грузовом отсеке на высоте десять тысяч метров?
Крестоносец, сидевший на ящике с инструментами, недовольно повёл плечом.
— Я в азартные игры не играю, — отчеканил он. — Это грех.
— Грех — это когда играешь с клиентом на части его тела, — парировал Локи. — А я всего лишь на деньги сыграть предлагаю.
— На деньги играть не стану!
Локи шумно фыркнул.
— Скучный зануда. Хрен с тобой, тогда хоть на интерес.
И повернулся к Амару.
— Эй, брат по оружию! Ты как? Сыграешь? — помахал он перед его лицом колодой.
Амару медленно перевёл взгляд на него. В его глазах не было ни тени интереса.
— Я не понимаю, — сказал он по-английски.
— Я говорю, давай нагнем этого нудного прорицателя! — на идеальном английском сказал ему Локи.
Яркие, будто очерченные углем брови Амару взметнулись вверх.
— Я… Я не умею.
— Я научу.
Крестоносец качнул головой.
— Если что, нудный прорицатель неплохо владеет английским, и еще парой-тройкой живых и мертвых языков, — сказал он. И добавил уже по-английски, повернувшись к Амару: — Там все просто, ты легко разберешься.
— Давайте тогда во что-то простое, — сказал я, присаживаясь поближе.
— Разве что в дурака? — хмыкнул Крестоносец, бросив на Джокера насмешливый взгляд.
— О, это была попытка пошутить? — воскликнул Локи, широко улыбнувшись. — Молодец, не прекращай стараться, и однажды у тебя получится.
Я с укором взглянул на него и принялся объяснять Амару суть игры.
Потом раздали карты.
Амару взял свои с таким видом, будто ему вложили гранату без чеки. Крестоносец посмотрел на свою сдачу и вдруг замер — его взгляд стал стеклянным, зрачки слегка расширились. Длилось это несколько секунд, а когда он очнулся, на его лице застыла смесь удивления и раздражения.
— Ты, — ткнул он пальцем в Локи, — ты подменил мне карты! Где мои козыри? Король и валет? Я видел их у себя! А теперь… Они у тебя!..
Локи моргнул, потом расхохотался.
— Ладно, поймал! Давайте все карты обратно.
— Дай-ка лучше мне, — сказал я.
— А что случилось? — не понял Амару.
— Локи шулерствует, а Крестоносец с помощью жреческого дара разглядел свои карты у него в руке, — пояснил я ему.
Парень нахмурился.
— Выходит, Жрец может у любого карты увидеть?
Почему-то этот факт зацепил его больше, чем мошенничество Локи.
Я пожал плечами.
— Наверное.
— Но это же нечестно?
— Дорогой друг, карты — это вообще не про честность, — авторитетно заявил Локи. — Это про кое-что другое…
— Может быть, — легко согласился Амару, поднимая детский, открытый взгляд на Крестоносца. — Но если он еще раз так сделает, я отсушу ему руки. И тогда мы все тоже сможем увидеть его карты.
Локи закатился от хохота.
— Да хватит вам всем! — не удержавшись от улыбки, сказал я, сдавая карты. — Давайте попробуем по-нормальному, без активации всяких мутационных и хитрожопых способностей.
— Пфф, а в чем тогда веселье? — обиженно протянул Локи.
И тогда меня всерьез настигло осознание.
Да. Я действительно иду с ними. С маньяком, фанатиком и аутистом. И мне предстоит на время стать их связующим звеном, предохранителем и совестью.
Глава 15
Прорыв
Последние два часа перелета мы все дружно маялись ожиданием.
Крестоносец сидел на ящике с консервами — которые, кстати, по грузовой накладной и перевозил наш самолет. Локи с закрытыми глазами развалился на мягком рулоне брезента, и можно было бы подумать, что он спит, если бы не ритмичное подергивание ноги в такт несуществующей музыке.