— Это любопытная теория, и ее нужно исследовать, — сказал Штальман.
Я задумчиво кивнул.
— Да уж. Любопытная — не то слово… Но ладно, давайте пока оставим это. И поговорим об отрядах в рифтах Аэтер. Что это и откуда?
— Сейчас постараюсь объяснить. Система станции контролирует всего двадцать шесть рифтов. Их можно соединять между собой как угодно, образуя коридоры разной длины и отличного друг от друга состава.
— Каким образом это возможно?
— В механике процесса я не разобрался. Думаю, с этим лучше бы справились ученые-физики. Но основу я понял. Мир каждого рифта каким-то образом заключен в своеобразный пузырь. В каждом пузыре имеется контролирующее устройство, которое позволяет сжимать физическое пространство между предполагаемой точкой входа и этим пузырем, в результате чего происходит контакт. Дальше этот пузырь я могу состыковать с другим пузырем, и так по цепочке. Но на все эти действия станции нужно очень много энергии. По умолчанию к точкам входа, а их в Североамериканской пустоши четыре, эти «пузыри» притягиваются рандомно. К ним постепенно присоединяются другие, формируя произвольные комбинации. У станции в свою очередь тоже есть одна точка входа, и удерживать ее «пустой» — более энергозатратно, чем держать в таком состоянии какую-нибудь из аналогичных точек в пустоши… Я понятно объясняю?
— Общую схему я вроде понял.
— А теперь представь, что Хопкинс вычислил одну из точек входа. Каким-то образом он понял, что если проход не работает, то это не означает, что его здесь больше нет: просто лифт еще не приехал.
Я нахмурился.
— Ты хочешь сказать, он наполняет рифты?..
— С того момента, как станция перестала ему подыгрывать, у него нет никаких причин заигрывать с ней. Не думаю, что он понимает, как все работает, но ресурсов у него несметное множество. Каждый раз, как открывается проход, он заталкивает внутрь отряды, состоящие из каких-то генетических мутантов и техники. И те в свою очередь ищут точки входа и оставляют какие-то метки для своих.
— И рано или поздно…
— Они доберутся до станции, — закончил мою мысль Штальман.
Глава 19
Чудовища, которых нужно кормить
Когда Анна приехала в Исследовательский центр «Нейротех», стояла уже глухая ночь.
Автопилот плавно завел машину на едва освещенную парковку, жизнерадостно моргнул на мониторе оповещением, что маршрут завершен, и, не получив никаких дополнительных указаний, заглушил мотор. Фары погасли, и мрак сомкнулся вокруг…
— Чо! — требовательно окликнула она телохранителя. И тот, скользнув с переднего пассажирского сиденья, привычным движением осмотрелся, оценил обстановку. Следом за ним с левого заднего места вышел Север, ощупывая сосредоточенным взглядом сумерки вокруг. На боку и рукаве белой рубашки виднелись темные отметины.
Кровь. И чужая, и его собственная. Последствия инцидента, случившегося после пресс-конференции.
Свой форменный пиджак Игорь Север тогда сразу отдал Анне — понял, что возвращаться за пальто она не будет, а в шелке моментально замерзнет.
Пиджак не испачкался…
Наконец, Чо открыл дверь Анне.
Она поблагодарила легкой улыбкой. Лаковые черные туфли на высоком каблуке уверенно раздавили недочищенную снежную хлябь, и госпожа Селиверстова решительным шагом направилась через парковку к главному входу Исследовательского центра. Кивнув изумленной охране, поднялась по ступенькам и вошла в холл.
— Анна Сергеевна!.. — с восторженным придыханием воскликнул пожилой мужчина на вахте. — Здравствуйте!
— Доброй ночи, Семен Ильич, — приветливо отозвалась Анна.
— А… А мы вас не ждали. И в центре никого нет, кроме Геннадия Андреевича с ассистентом и доктора Раевского, — огорченно сообщил Семен Ильич.
— Само собой, ведь ночь на дворе, — с улыбкой отозвалась Анна.
— Может, вызвать кого?..
— Не нужно. Ночью надо отдыхать… Раевский-то почему не дома?
Вахтер спрятал глаза.
— Да он того… Перепроверяет результаты… Наверное. У него же экспериментальная модель опять провалилась. Вот он и того… Переживает…
Анна нахмурилась.
— Он опять не в себе, что ли?..
— Да нет! Нет, что вы! — с жаром возразил вахтер. — Так, чудит самую малость. Но и домой ходит, и моется — все нормально!
— Ладно, — кивнула ему Анна и, гулко стуча каблуками по серому бетонному полу, направилась к лестнице.