Я слушал его, удивленно приподняв брови.
В самом деле, в той мешанине я толком не успевал рассмотреть, как именно проходит бой у Локи. Мне главное было — отшвырнуть щитовников от Амару с Крестоносцем.
— Думаешь, они — не из нашего мира? — понял я, куда клонит Локи. — Хопкинс их из какого-то рифта притащил?
— Откуда бы свинья ни пришла, срать она теперь у нас будет. Говорю тебе: они не координируются, Монгол. Они знают. Одновременно. Как если бы у них был один мозг на всю стаю. Или как если бы это был вообще один организм, просто разбросанный по разным телам. Если такие юрки у нас по пустошам разведутся, всем дикарям и вольникам — жопа.
— Ложись нормально, тебе еще две дыры зашить надо, — буркнул я, и Локи послушно растянулся на столе.
— Разрезать их надо, — сказал он. — Посмотреть, как устроены. Мы в них бьем, ориентируясь на физиологию человека. А может, с ними по-другому нужно?
— Ну, по крайней мере, пасть и глаза у них вполне себе уязвимые… Но если хочешь — препарируй кого-нибудь, посмотри, как устроены. Только не руками режь!
Локи фыркнул.
— Да я ими сейчас вообще мало что сделать способен. Так что патологоанатому ассистент нужен.
— Ладно, — нехотя согласился я.
Щитовников мы вскрывали в одном из коридоров, под лампами. И хотя я совершенно спокойно мог раскроить череп юрке или вспороть брюхо какому-нибудь другому монстру, копаться внутри трупов, перебирая кишки, печень и почки, было противно. Все-таки я очень сильно не Локи, у которого буквально руки чесались указать мне то на одну деталь, то на другую. Даже не знаю, чего в нем в этот момент было больше — научного любопытства доктора или страсти маньяка. Если бы не раны, он бы точно все это сделал с удовольствием и гораздо лучше меня.
Но чем пристальней я рассматривал глубокий внутренний мир этих существ, тем больше понимал: скорее всего, они и правда не из нашего мира. Мозг у этих щитовников оказался размером всего с яйцо, а в брюшной полости нашлось немало органов и желез, назначение которых не мог угадать даже Локи.
Кроме удовлетворения научного интереса мы еще получили кое-какую важную практическую информацию. У этих щитовников все-таки имелись уязвимости: нарост на спине, внешне очень похожий на все остальные, но при этом неплотный и вполне разрезаемый обычным ножом, и нежный отросток сзади на шее, похожий на хвост. Локи сказал: там должно быть полно нервных окончаний.
После всех приключений этого бесконечного дня и анатомического театра в нагрузку я проспал как убитый до самого утра.
На следующий день, наконец-то полностью оклемавшись после боя, я сходил в пустошь посмотреть на спрятанное там устройство, о котором рассказывал Штальман. И оно действительно оказалось очень похожим на то, что я видел во втором невозвратном. Вот только выглядело оно куда более новым и работало явно не в энергосберегающем режиме, а как следует: все коридоры освещались, на панелях творилась какая-то жизнь, в стенах гудели системы охлаждения.
И это устройство в итоге то ли прикрепило Аэтер к нашему миру, то ли включило станцию в комплекс рифтов, которые теперь можно было соединять в коридоры. И это был не какой-то древний артефакт, а скопированная или целиком перенесенная откуда-то из другого места машина!
А значит, все это было сделано уже после того, как открылись первые рифты. Раньше просто ее взять было бы неоткуда.
Кто занимался этим и с какой целью?
Хопкинс? Но тогда бы он, наверное, охранял это подземелье.
Но он, похоже, даже не знал о ее существовании.
Получается, за историей с Аэтер стоит еще какая-то фигура, и эта фигура знает об устройстве изменившегося мира гораздо больше, чем самые продвинутые официальные ученые.
И, честно говоря, это открытие показалось мне куда более пугающим, чем агрессия Тени Дьявола. Но вслух я этого озвучивать не стал. Без того проблем хватало.
Потом мы все вместе долго обсуждали план действий.
Мы пытались понять, почему система Аэтер видит целый ряд аналогичных устройств, но не имеет никакой связи со вторым невозвратным рифтом. Может быть, все подобные машины соединяют рифты в какие-то отдельные блоки?
В конце концов, Штальман высказал предположение, что, возможно, он смог бы в этом разобраться, если бы мог подгрузиться в систему машины во втором невозвратном. И эта мысль показалась мне здравой. Потому что если даже он со своим уровнем понимания всех этих связей не сумеет в конечном счете понять, что делать, то никто из всей нашей компании — тем более.