Эмма пошатнулась, но удержалась на ногах.
Сама.
Никитин тоже опустил руку, нехотя соскользнув пальцами по ее шее.
— Откуда ты знаешь про «Оскверненный предел»? — спросила богиня.
— Оттуда, что я сам там бывал, — с тонкой усмешкой ответил Никитин. — И даже кое-что прихватил оттуда. Я — Император этого мира. И в качестве хобби выращиваю твое благословение на своих фермах.
Из горла Эммы вырвался мелодичный смех.
— Император? Да ты же игрок! А значит, исполняешь чужие указания. Оттуда. — Многозначительно подняла она указательный палец вверх, проследив за ним взглядом. А потом опустила глаза на Никитина. — Какой же ты после этого Император? А если ты бывал в моем мире, но так и не смог выполнить финальное задание и убить меня, то и игрок ты тоже никакой. Получается, ты — Никто этого мира.
Никитин отреагировал легким пожатием плеч.
— Я же не дурак, чтобы лезть в рифты за какими-то победами, — совершенно спокойно возразил он. — Тем более ценой своих ментальных способностей. В твоей цивилизации я прошел только первый виток. И как только через бонусный сюжет появилось окно выхода без штрафов, тут же им воспользовался. А вот ты — действительно нечто. Обычно персонажи рифтов понятия не имеют, что являются персонажами рифтов. Но ты — другое дело. Кстати, когда ты очнулась, у меня перед глазами почему-то непроизвольно развернулся интерфейс. Означает ли это, что ты каким-то особенным образом связана с игрой?
Богиня заставила руку Эммы подняться и коснулась щеки Никитина небрежным, покровительственным жестом.
Эмма тут же попыталась ее отдернуть.
Ладонь замерла на мужском лице. Пальцы задрожали.
— Ты правда думаешь, будто мне интересен твой интерес? — проговорила богиня.
И одновременно со звуком этого голоса Эмма услышала шепот, проникающий в самое ее нутро.
«Ты сопротивляешься? Тебе его жаль?..»
Эмма медленно отвела руку от щеки Никитина.
Сама. Богиня позволила ей это.
«Ты правда думаешь, что он какой-то другой? И чем-то отличается от других самцов, которых ты ненавидишь?..»
«Да!!!» — всем своим существом крикнула Эмма, не издав при этом ни звука.
Богиня рассмеялась. И Эмма уже не знала, относилось ли это к разговору с Никитиным или к ее ответу.
— Скоро этот мир разлетится на осколки, — продолжила богиня ее голосом, — и пополнит перечень рифтов своими локациями, наполненными уродливыми мутантами и деградировавшими аборигенами. И где-то там среди них будешь и ты.
— Может быть, — не раздражаясь, ответил Никитин. — Если мы не выиграем. В отличие от вас.
Эмма снова ощутила напор чужой памяти.
«Посмотри, что я сделала с самцами своего вида. И знаешь, почему? Потому что они это заслужили. Когда им нужно, они все добры и великодушны. Но стоит только ситуации измениться — и маски падают, разбиваясь о камень. Расслабься немного. И я покажу тебе, что и этот твой представитель ничуть не лучше других», — ласковым, почти нежным шепотом прошелестела богиня ей в ухо.
— Видишь ли, Никто этого мира… — голос Эммы на мгновение раздвоился, наполнившись неожиданно низкими вибрациями. — Не пытайся равнять себя со мной. Моя раса никогда не играла в игры. И мир, из которого ты так пугливо сбежал, ей никогда не принадлежал. Другими словами, ты ничего не знаешь о вселенной, в которой живешь. Но это не мои проблемы.
Тело рванулось к Никитину.
Эмма не успела даже отреагировать, не то что попытаться остановить.
— Где тот, что убил меня⁈ — крикнула она, нависая над Никитиным и почти касаясь своим лицом его лица.
— Разве я сторож брату моему? — усмехнулся Никитин.
Он не отстранился. Только высвободил из-под манжеты электронный браслет, тряхнув запястьем, и коснулся экрана.
Руки Эммы в ту же секунду безвольно повисли, как плети.
Ноги будто вросли в пол.
Это был уже не захват богини. Эмма прекрасно чувствовала тело и знала, что оно снова принадлежит ей.
Просто поверх ее команд лег другой запрет.
Никитин удовлетворенно посмотрел на показания браслета.
— Очень интересно, — проговорил он. — Два отдельных контура активности. Значит, ты никуда ее не вытеснила. И сама никуда не исчезнешь, если вернуть управление носителю…
Губы Эммы дрогнули.
Она хотела сказать, что ей давно не было так страшно.
Что это существо внутри нее — чудовищно. И его нужно остановить. Заблокировать окончательно. Уничтожить!
Никитин приблизился и ласково провел пальцами по щеке Эммы.
— Видишь ли, это тело, в котором ты очутилась, на семьдесят процентов состоит из устройств, которые я способен контролировать. И какой бы богиней ты ни была в своем мире, здесь ты — гость в чужой голове. А само тело принадлежит мне.