Глава 1. Смерть.
На башню опустилась предрассветная тишина. Все замерло в предвкушении нового дня. Но для меня эта тишина была могильной. У меня на руках умирал самый дорогой человек. Мой ребенок! Мой сын! И я, Эмирион, одна из сильнейших ведьм Большой Пустоши, ничего не могла изменить…
Правильнее сказать, что Эрион умер уже давно. Отсроченное проклятье похитило его душу, осталась просто оболочка, которая мучительно умирала. Все связи души и тела были жестоко оборваны и душа ушла за Грань. Но, даже зная это, я не могла отказаться от этих последних мгновений, от последней попытки спасти свое дитя.
Колдун все правильно рассчитал. Если бы он проклял меня, я бы справилась, с большими потерями, но осталась бы жить. А вот спасти еще столь юную и неокрепшую душу, душу моего единственного сына, я не могла. Есть вещи, которые даже мне не подвластны. И все же, я сделала попытку, пытаясь вернуть душу, ценой добровольной жертвы.
Я умираю. Слишком сильно выложилась в попытке спасти сына, отдала все. Сил не осталось от слова «совсем». Тот, кто готовил ловушку, предполагал, что я попытаюсь спасти сына.
Как же глупо я подставилась! Надо было послушать мужа и уехать с сыном до его совершеннолетия из Пустоши. Брак был договорной, муж не был для меня авторитетом, поэтому я в очередной раз не придала значения его словам. Я решила, что смогу справиться со всем. Самоуверенная идиотка! Как же, звезда курса, древний Род, потенциал огромен и, со временем, мне пророчили место главы Ковена.
Последний раз тело сына дернулось и застыло. Такой маленький, такой хрупкий! Не уберегла, не смогла. Я устало закрыла глаза, легла рядом с телом сына, обнимая его. Наконец-то я провалилась в забытье.
Осознания себя пришло через время. Я точно знала, что тело мое мертво. Сама моя сущность находилась за Гранью. Здесь не было пространства или каких-либо опорных точек. Не осталось ни боли, ни разочарованья. Спокойствие и умиротворение. Чувствовала, даже скорее знала, что скоро вернусь в колыбель всего сущего, соединюсь с душой своей планеты, Аль Геей. Чтобы снова возродится в другом теле.
Мое состояние было потревожено шумом, странным звуком. Я попыталась уловить источник. Пространство и время не существовало. Я просто сосредоточилась на звуке. Наконец-то мне удалось уловить одно-единственное слово: «Мама!».
Представьте, что вдруг на вас свалился огромный камень, то же самое почувствовала и я. Я знала этот голос! Это мой сын! Всем своим существом я рванулась навстречу, желая спасти и уберечь. Тут же всю меня пронзила просто невероятная боль, казалось, я перестану существовать, меня разорвет на куски, распылит в миллионы частиц. И все же я двигалась по направлению голоса моего сына. Вокруг меня что-то завертелось, замерцало, как будто я набирала огромную скорость. При этом, боль усиливалась, хотя, казалась бы, уже некуда. Но я просто не могла остановиться!
Упрямо продолжая движение, пытаясь оказаться радом с источником зова. Мельтешение прекратилось, и я почувствовала, что вязну, как будто попала в густую патоку. Боль ослабла, вернее я перестала обращать на нее внимание. Все мое существо было нацелено на преодоление этой неожиданной преграды. Сколько время прошло, может мгновенье, а может целый оборот (примерно равно 1 году). Но все когда-нибудь кончается. Я ощутила необыкновенную легкость, ни боли, ни трудности движения. Даже не сразу заметила, что вокруг меня изменилось пространство, я находилась в какой-то комнате. Но что за странная комната это была! Бело-голубая, искусственно освещенная. И тут приходит понимание, что смотрю сверху, у меня совсем нет тела, я просто парю под сводом этой комнаты!
«Мама…»-снова послышался тихий зов. Он звучал более отчетливо. Я попыталась плыть на этот зов. Я заметила странную кровать, а на нем женщину, вернее совсем молодую девушку, окутанную разными шнурами. Мерцали огоньки, раздавались странные звуки. У девушки были закрыты глаза, а лицо закрывала очень странная конструкция. Было похоже, что девушка без сознания. Я попыталась рассмотреть ее ауру и жизненные потоки. Каково же было мое удивление, когда, во-первых, я смогла это делать, причем даже лучше, чем в бытность моего земного существования, а во-вторых, что у этого тела совсем нет индивидуальных очертаний, то есть нет души! Но больше всего меня поразило то, что девушка беременна и ребенок жив. Его индивидуальные потоки, его аура мерцала, было понятно, что он существует. Это его зов я услышала, малыш понимал, что мамы нет рядом, не чувствовал ее ауру, вот и пытался ее дозваться. Как это вообще возможно? Почему тело живет без души? Почему те, кто ее заставляет жить, не спасли ее душу? Эти вопросы остались без ответа. Я подплыла ближе и зависла над телом девушки. С удивлением увидела, что моя сущность потянулась к телу, грубо оборванные потоки сплетаются с моей сущностью. Никаких неприятных ощущений не было, просто казалось что я изменяюсь. Судя по всему, тело осталось без души сравнительно недавно, и потоки не ссохлись окончательно. Это мой шанс, я просто обязана попробовать, занять это вместилище, даже не ради себя, а ради ребенка. Умом понимаю, что вполне возможно, это не мой сын, но я не могу не сделать попытки его спасти.