Пробую ускорить процесс. Начинаю сильнее вливаться в пустую оболочку. Начинаю чувствовать тело. Тяжело-то как! После того, как я существовала в виде невесомой сущности, очень неприятно обрести вновь ощущения тела. Но самое сложное было впереди.
Мозг у тела был поврежден, потоки порваны в месте нахождения сознания. Вот почему эта девушка ушла! Травма головы и чувство потери привели к разрыву связи. Чужая память обрывками стала поступать ко мне. Это было похоже на просмотр картинок чужой жизни. И вот тут я поняла просто удивительные вещи.
Это был не мой мир! Мы давно подозревали, что наш мир не единственный, но с доказательствами было туго. Ну еще бы! Ведь никто не возвращался из-за Грани, чтобы рассказать, где он вновь переродился.
Еще более неожиданно то, что этот мир техногенный, то есть магия не существует. Вообще. Ну, по крайней мере, из памяти этого тела, я не извлекла никаких воспоминаний, связанных с применением магии, не считая откровенного шарлатанства и глупых историй про вурдалаков, оборотней и прочей ерунды.
В-третьих, девушку звали Золотова Дарья Викторовна, 17 лет и она попала в аварию со своим парнем. Парня звали Алексей и он погиб. Собственно, именно поэтому они смогли уйти за Грань вместе. Надеюсь, на следующем круге перерождения они обязательно встретятся и проживут долгую жизнь вместе. Очень редко бывает так, что две души находят друг друга.
А что же остается мне? А мне остается шанс прожить жизнь этой девушки и спасти их ребенка. И я его не упущу!
Глава 2. И вновь живу, и вновь дышу.
Процесс слияния затянулся. Стать единым целым с ним было не просто еще и потому, что повредить малышу я не хотела. Я уже чувствовало все тело, но очнуться не могла. Зато я прекрасно понимала речь и помнила практически все, что помнила Даша. Я обживалась. Когда очнусь, будут проблемы с речью и движением, но это легко можно будет списать на травму. Зато малыш меня ощутил и волны радости были бальзамом на мою израненную сущность.
Пока находилась в таком состоянии, познакомилась с родителями моего тела, а теперь и моими родителями. Мать, Лариса Дмитриевна, практически постоянно находилась рядом с Дашей, то есть рядом со мной, только на ночь уезжала, и то, потому что спать сидя в коридоре не разрешали правила больницы. Еще довольно молодая и внешне привлекательная женщина сильно постарела, судя по воспоминаниям Даши. По моим воспоминаниям. Если я хочу выжить в этом мире и занять достойное место, я должна принять жизнь девушки как свою. Ни одно общество, даже такое либеральное как это, не примет субъекта, если он кардинально отличен, даже в лучшую сторону. А я хочу занять достойное место в этом мире. Хочу чтобы мой ребенок ни в чем не нуждался.
Отец же, Золотов Виктор Евгеньевич, был настоящим воякой. Хмурым, сдержанным и сильным. Его тоже подкосило несчастье, которое случилось с единственным ребенком, но он не позволял себе раскисать. Я помнила, что мой отец был действующим служащим армии.
Еще мне удалось подслушать один интересный разговор.
- Лариса Дмитриевна, я считаю, что надежды практически нет, Даша не очнется. Ее мозг сильно поврежден. Но мы можем попробовать спасти ее малыша, - сочувственно произнес мой лечащий врач.
- Малыша?! Она беременна?!
- Да, и срок минимум три недели.
- Господи, я не знаю, что тут сказать… А будет ли малыш нормален? Как это отразиться на Даше?
- Если ваша дочь не очнётся, то она просто не переживет роды, но есть реальный шанс спасти ребенка. Вы поймите, это выход для вас, у вас останется продолжение, наследник…
- Но не ценой же жизни моей Даши!
- Назвать нынешнее состояние вашей дочери жизнью очень затруднительно. Давайте пока отложим этот разговор, переговорите с мужем и решите, - устало потерев щеку, вздохнул доктор.
Лариса Дмитриевна беззвучно заплакала. Как я ее понимала! Но думаю, в скором будущем нас всех ждет настоящее чудо. Я очнусь, чего бы это мне не стоило!