Фетисов несколько раз прокручивал у себя в голове свою речь. Но сейчас ему было крайне сложно сосредоточиться. В сознании все перепуталось! Сейчас ему хотелось, не дойдя до двери, просто упасть в обморок, чтобы этот момент не наступал, чтобы ему не приходилось входить в эту дверь. Проклятую дверь! Оттуда еще никто не возвращался прежним человеком…
Сейчас для Фетисова двери в зал заседания Научного Сообщества – врата ада, где рвет и мечет Дьявол. Пришел его черед испытать пытку. Но это будет не физическая боль, а моральное угнетение и нравственные муки.
Эта боль хуже всех!
Ужасно, непостижимо… он сделал это по сути дела для благой цели, но его же план из самого него же провалился. Эту тайну нужно держать в секрете от всех и вся! Но, похоже, сегодня тот день, когда придется поведать о Башне Слуг другим людям.
Как же ему не хотелось пускать в ход то, что у него лежало сейчас в кармане брюк, а лежал там свиток – первое упоминание о Башне Слуг, которое они нашли. Легенда о Башне. Кто знает, может, Научное Сообщество и поверит в то, что также был найден ключ от Башни и даже карта к ее точному местоположению. От этих людей можно было ожидать разных «чудес».
Стыдно! Противно! Не хочу! Зачем?
С каждым шагом к двери Фетисову становилось все труднее и невыносимее идти дальше. Когда он упадет? Когда он упадет в обморок! Давай же… падай! Не хочу больше!
Жизнь – боль, придется идти дальше.
Сейчас даже смерть была верным решением избавиться и от позора, и от раскрытия страшной тайны.
Он так долго думал обо всем этом, что совсем не заметил, как уже стоит перед заветной страшной дверью, на которой висела красивая табличка с надписью:
«Зал заседаний»
По обеим сторонам от двери стояли двое охранников в черных пиджаках. Они строго смотрели вперед, а не на Фетисова.
– Меня вызывали,– сказал Фетисов наконец своим пересохшим ртом.
– Имя,– потребовал один.
– Фетисов Василий Аркадьевич.
Другой открыл двери. Из комнаты на Фетисова хлынул яркий свет. Он пощурил глаза и вошел внутрь. Двери за ним положено закрылись.
Тишина.
Он прошел еще немного вперед и услышал мужской спокойный голос:
– Можете остановиться здесь, Василий Аркадьевич.
Он замер.
Фетисов сглотнул соленый комок и попытался привыкнуть к яркому солнечному свету в комнате. До этого он шел вслепую, потому что видел только белое сияние. Теперь его глаза стали привыкать к обстановке, и перед Фетисовым распылись очертания объектов, присутствующий в зале.
В большом просторном зале с белыми гладкими стенами, полом и потолком стоял только один полукруглый широкий стол из красного дерева. Именно в этом полукруге и стоял Фетисов. По всем стенам зала действительно шли один за другим большие окна, начинающиеся с пола и тянущиеся до самого потолка. Не удивительно, что здесь было так светло до слепоты. За столом сидели фигуры людей, а вернее это и были люди – члены Советского Научного Сообщества. Их было десять, и Фетисов стоял именно в том месте, откуда все десять человек могли его прекрасно видеть, находясь на своем месте за полукруглым столом.
Все члены Научного Сообщества без исключения были одеты в одну и ту же одежду – белая рубашка, черный галстук, черный пиджак, черные брюки и черные туфли. Все, что их отличало друг от друга, были лишь свойственные только одному или другому особенные черты лица. Например, у одного были рыжие волосы, у другого – черные очки, третий – толстый и лысый с тремя подбородками, четвертый – с длинными черными волосами и прямым носом, а пятый ужасно тощий, как скелет. Словом, отличия были достаточно яркие, но их было мало.
Перед каждым из членов Научного Сообщества лежали листы бумаги, ручка и стакан с водой. Правда у того, кто был с тремя подбородками, стояла тарелка с целой горой пирожков и стопочка салфеток. Он, не переставая, уплетал вкусности.
Фетисову потребовалось совсем немного времени полной тишины, чтобы привыкнуть к обстановке и осмотреть взглядом всех присутствующих. Его привели на допрос. Нет, это казнь, а эти люди – его палачи.
Он стоял и молчал. Говорить нужно только тогда, когда спросят. Его предупредили. Из всех десятерых он знал человек четверо точно. Остальные же являлись для него совсем незнакомыми фигурами.
Пот отступил. Он должен успокоиться. Ничего катастрофического не происходит… Кого он обманывает?! Они пропали!
– Вы, Василий Аркадьевич Фетисов?– раздался голос.