Теперь она всецело обладала им. Теперь она, изгибаясь дикой кошкой, писала на его груди кровавые оды страсти, позволяя ему между тем контролировать процесс, придерживая ее за бедра. Он вонзался в нее с каждым разом все яростнее и глубже, не для того, чтобы причинить боль, Вилле знал — ей это нравится. Он любовался ею, наслаждаясь действом, чувствовал ее всю, будто бы находился на одной волне с ее душой, сутью. И когда он готов уже был взорваться невероятной разрядкой оргазма, она сжала его плоть лоном с такой мощью, что он чуть не взвыл от восторга. Еще пара движений, и парень был свободен не доведя дело до желаемого финала. Таина встала над ним, и он выскользнул из нее, в ошарашенном бессилии глядя на произошедшее. Она вызывающе ухмыльнулась, и это будто бы привело его в чувства. Он любил и ненавидел, хотел и боялся и где-то на задворках сознания понимал, что невозможно испытывать все в мире эмоции к одному человеку, но здесь и сейчас, в этом доме и в эту минуту происходило именно так.
Он быстро сел и, обняв девушку, в два счета переместил ее в постель. Умело развернул спиной к себе. Поставив на колени, заставил вцепиться в спинку кровати. Прижал. Обхватил ее горло, вынуждая поднять голову выше, второй рукой сначала нырнул во влажные складки между ее ног, провел пальцем по напряженному бугорку, осязая вибрацию ее стона, затем стиснул талию и вошел в нее снова, а она так же сжалась вокруг него, повергая в одуряющий сексуальный транс, и вскоре оба достигли упоительного экстаза.
***
Не нарушая тишину минут уже десять, Вилле сидел на полу, запрокинув голову на тахту. Выставив локти вверх, он закрывал глаза ладонями.
Таина, накрывшись простыней, наблюдала за ним с постели, лежа на боку, и подложив руку под подушку.
— Мне нужно покурить, — наконец произнес парень. Резко встал, натянул боксеры, вынул из заднего кармана поднятых джинс пачку «Мальборо лайт», достал оттуда зажигалку и сигарету и вышел на балкон в прохладу северной ночи.
Он пытался найти себе оправдание или хотя бы почувствовать раскаяние в содеянном. Но совесть упорно молчала.
— Ты не считаешь произошедшее ошибкой? — Вернувшись, Вилле сел на край кровати и сгорбился, рассматривая свои стопы. — Не жалеешь?
— Вилле, мы взрослые люди. Я пошла на это сознательно, а сознательно — априори не может быть ошибочным, потому что ты уже понимаешь свою ответственность и предвидишь вероятные события от равнодушного молчания до совестного признания. И не стоит никогда сожалеть о чем бы то ни было. Все влечет за собой жизненный опыт, преподает урок. Да и смысл, если в данном случае этот опыт доставил тебе удовольствие?
— Почему рядом с тобой я теряю голову, Таина?! Почему ощущение, что знаю тебя сотни лет? Кто ты? Откуда пришла? — парень лег на живот и вгляделся в ее лицо.
— Может быть из твоих снов?! — загадочно ответила Тин.
Вилле восхитили эти слова и мистическая перемена в ее поведении: из спокойной скромной девочки она превратилась в пылкую женщину, пышущую сексуальностью.
— Я изменил любимой девушке. Но меня это нисколько не заботит. Более того, я хочу остаться здесь, с тобой, до самого рассвета.
— И, тем не менее, должен идти. Сусанна не готова к подобному повороту событий, но я больше переживаю за Анабель. Косые взгляды укора в ее сторону за то, что поспособствовала нашей встрече — излишни.
— Но ведь никто не знал, что так все обернется… — возразил парень. Встав, он надел джинсы и рубашку.
— Да, но люди всегда ищут виновных, не важно при каких условиях произошел тот ли иной инцидент, — деловито отозвалась Тин.
Обернувшись простыней, она проводила Вилле до выхода из комнаты, где он вытребовал еще один поцелуй и удалился.
***
Утром Тин, бодрой походкой спускаясь со второго этажа, застала подругу за исцелением Юхи от похмелья посредством заливания в него всевозможных натуральных соков и заталкивания какой-то чудодейственной пасты. Пааво и Юрки готовили овощные салаты, нарезку, из которых то и дело таскала Сусанна, попутно бегая будить Вилле, вскоре присоединившегося к друзьям в крайне заспанном виде и не обращающего на Таину никакого внимания. Настроение у всех было замечательным, поэтому решили еще один денек побыть на природе, больше для того, чтобы окончательно прийти в себя после обильной попойки.