— А чего это вы тут делаете? — невинным голосом поинтересовалась Енья, без стука зайдя в комнату. Лаури спокойно посмотрел на нее, продолжая обнимать Анабель.
— Понятно. — На тишину в ответ девушка осторожно закрыла за собой дверь, выйдя в коридор.
Для Лаури и Эн этот случай стал началом серьезных отношений.
В четыре часа уже начало темнеть. Этот день прошел в особняке, в передышке и согревании после холоднющего уикенда. Трассы освещались фонарями и мощными прожекторами. Снег блестел, отражая их, и свет распространялся даже на виллу и насаждения сосен, в которых она пряталась. Небо казалось алым, и ночь не будет уже такой темной, хотя луна упорно скрывала свой лик за плотными облаками. Температура упала. Морозный воздух будоражили лишь редкие порывы ветра.
На кухне похозяйничал приходящий шеф-повар, поэтому обеденный стол в столовой буквально ломился от деликатесов. Все собрались на ужин, после которого Таина ушла в свою комнату, Ээро и Лаури у камина показывали Анабель и Вилле новенькие доски. Енья слушала байки Миге, забравшись в кресло.
— Вилле, а ты кататься собираешься? Для тебя это не опасно? — поинтересовался Лаури.
— Опасно. Нет, я другие развлечения найду. На снегоходах покататься можно, окрестности осмотреть, рыбу половить. Когда я еще так отдохну? Енья, Тин уже спать будет?
— Не собиралась. Душ, вроде, примет, потом спустится.
Парень молча встал и покинул компанию.
***
Тин умывалась стоя в ванной перед зеркалом в шортиках, длинной просторной футболке и вязаных носках. Она была здесь, несмотря на предстоящие посиделки, потому что проводила гигиенические процедуры не по надобности, а по времени, просто потому что так привыкла с самого детства. Распрямившись над раковиной, она сдернула с сушилки полотенце и промокнула лицо.
— А теперь объясни мне, моя милая девочка, — вмиг попав в крепкие объятия Вилле, услышала Таина его томный голос над ухом. Жаркое дыхание мужчины обожгло ее плечо, — что это было позавчера? — он запустил руки под майку девушки и, добравшись до груди, коснулся пальцами моментально набухших сосков.
— В довершение к приятно проведенному вечеру после долгой дороги, — Тин качнулась, ощутив нарастающее возбуждение, и прикрыла глаза от удовольствия. Склонила голову в бок, инстинктивно подставляя Вилле шею в надежде на поцелуй, который оказался таким же чувственным, как и невероятный баритон.
— То есть, решила сделать мой отдых максимально приятным? — поинтересовался он, проведя щекой по волосам девушки. Одной рукой он неторопливо спустился по животу к поясу шорт и тут же нырнул под них. Тин выдохнула, напрягшись, словно пружина. С силой сдавив бортик раковины, она склонилась вперед, отстранившись от Вилле. Ощущение было такое, будто ей перекрыли кислород. Таина начинала задыхаться, а парень добрался до маленькой эрогенной зоны, уже обильно увлажненной смазкой из ее лона.
— М-м-м, — мурлыкнул он. — Так меня еще никто не встречал! Я вижу, ты рада мне?! — Вилле надавил ладонью ей на грудину, снова прижимая к себе. Девушка уже начинала хватать губами воздух. — Помнишь, ты спросила, что чувствует мужчина во время секса и оргазма? — спросил парень. Тин лишь закивала в ответ, будучи не в состоянии не то, что выговаривать предложения, но даже собирать буквы в слова. — Я тебе сейчас покажу, как это… — заговорщицким шепотом произнес он.
Его пальцы легли возле напрягшегося бугорка и немного сдавили его с боков. Сердце Тин бешено колотилось где-то у горла, она стиснула зубы, чтобы не застонать.
— А теперь двигайся, — велел парень. Он убрал руку от груди Таины, провел по бедру девушки и отвел ее колено в сторону, чтобы поставить ногу на закрытую крышку стульчака, расположенного рядом с раковиной. Тин повиновалась, осознавая, что без такой опоры она просто осядет, а Вилле вряд ли одобрит подобное прерывание своего ОСОБЕННОГО урока. Затем он подтолкнул вперед ее ягодицы, будто заводя маятник и снова нырнул под майку. Таина добросовестно исполняла все, чего хотел Вилле. Даже без слов. Она снова подалась вперед. Костяшки пальцев побелели от той силы, с которой она сжимала фаянс.
— Действуй… — Тихий баритон Вилле отозвался в ее организме очередной порцией смазки. Девушка совершала поступательные движения взад-вперед, краем сознания понимая, что Вилле устроил ей симуляцию мужского полового акта.
Клитор являлся гомологом фаллоса, имея то же строение и принцип эрегирования. Парень просто прижал его пальцами к коже «капюшона» и заставил Тин двигаться. Теперь все зависело от ее активности. Возбуждение накатывало волнами, поэтому останавливаться было нельзя, только увеличивать и увеличивать темп. Остаться неудовлетворенной — значило облажаться.