– Понял, прости. – Шайн приподнял руки в жесте сдаюсь, а потом резко наклонился поцеловав в уголок губ. После чего, так же быстро исчез в тенях.
Бер нахмурился и сверкал злыми глазами, а мне стало грустно. Часть меня хотела продлить поцелуй, получить теплые объятья, а часть оттолкнуть из-за глупой ребяческой выходки. Вздохнув отвесила щелбан брату и все таки пошла спать. Пускай думает что хочет. Слишком много событий на сегодня.
После того дня Эрик перестал прятаться от меня, а наша компания начала думать что подарить к приближающемуся дню рождения Бера. Вопрос был сложным, так как вариант с еще чем то живым откидывался сразу, самые важные артефакты у него есть, рюкзак с расширенным пространством тоже. Идею подал Ясен. Мы могли бы подарить парадно-выходной костюм с плащом, зимний и летний варианты. Как ни как придется выходить в свет. Со всем обещал разобраться зеленоволосый, но мы скинулись и провели расследование размеров нашего сокомандника.
На днях пошел первый снег и многим экзорцистам пришлось срываться с занятий чтобы помочь обновить защиту от ледяных тварей. Все случилось как то слишком рано и отличается от прогнозов следящих за погодой. Впрочем эта ситуация в большей половине империи. Не попадают впросак только северяне, у них не бывает другой погоды. Холодные земли, особенно те что возле проклятых обжиты только за счет магов. Особенно страшное место, на южном полюсе. Твари там слишком сильные и многочисленные. Людское поселение есть, но слишком неприветливое, такое же как холода. Многие там под давлением обстоятельств пробуждают либо связанные с ресурсами элементы либо с ходом и смертью.
Среди последних новостей в мире говорят о союзе империи с Кемалем на северо-востоке и постепенном их слиянии. Местный королек окончательно потерял доверие народа из-за чего пошел на отчаянный шаг. Страна небольшая, так что рано или поздно она оказалась бы под чьим-то влиянием. Правитель хотел было сосватать дочь за одного из наших принцев, но ему быстро указали на его место. Императорские сынки видные и давать кому то рычаг давления на них нельзя. Там чисто политика и это болото само между собой разберется.
Летрак сейчас осваивает зимние и морозостойкие растения, зелья помогающие в этом вопросе. У Таллена, оказывается, уже был пояс с подобными свойствами. Просто неприметный и носился не часто.
Что до способностей моего ворона, то вид изнанки ужасный. Чувствовать окружение было бы проще чем видеть. Особенно страшны кладбища и большие города. Ведь в той реальности духи не единственные. Ты видишь их, а они тебя. После первой активации пришлось долго отходить, а потом оказалось, что увидев это раз отказаться от дара уже нельзя. Что-то вроде умеренного проклятья фокусом которого становится фамильяр. После нельзя не использовать этот вид зрения, иначе оно включится насильно и не прекратит воздействие некоторое время. Момент может быть весьма, не подходящим. Ворон, собственно, чтобы активировать его больше не нужен, но он в любом случае является частичкой реальности в темном мире.
Когда на очередной встрече энтузиастов в Вязь я увидела Арена, утащила его расспрашивать все о столь неординарном подарке. Председатель не особо сопротивлялся и сказал, что активировать его так радикально было необязательно. Ворон сам мог определять скопление нечисти, духов и другого потустороннего, просто указывая на них или передавая картинку. А вообще все маги смерти видят изнанку, к этому нужно привыкнуть. Главное даже если часто не пользуешься не забывать активировать раз в три четыре дня. Радости по этому поводу было мало, зато Лидастр Сато был в восторге от возможности обучить большему. Мое несчастное лицо, тогда нужно было видеть.
Двадцать четвертого ноября отпраздновали день рождения Бера, только по его просьбе меньшим составом, на берегу моря, куда периодически летаем отдыхать. Там сейчас бушуют волны и сильный ветер, только магам ли воздуха об этом волноваться? Получилось почти по семейному уютно.
В конце месяца началась сессия. Что об этом можно сказать? Она, слава Богам, имеет прекрасное свойство заканчиваться. Ибо устали мы не меньше чем когда отрабатывали две недели за провинность. Хотя нелегко было не только нам. Количество макулатуры которую заполняли преподаватели хотелось развидеть. Мы как то зашли к декану и прозрели. Он даже не писал руками, это было нереально. Артефакт записывал все под диктовку, а листы сами складывались в стопки перелетая на положенные места.