- Идем! – отдал команду Лайонар и первым двинулся вперед. Сразу за ним шли двое молчаливых эльфов-лучников, затем Эри, Рафиэль, и замыкал процессию Кориэль.
- Погоди! – вдруг произнес Рафиэль, неожиданно останавливаясь.
Эри обернулась и успела увидеть, как Рафиэль снимает с себя пояс – широкую ленту темно-синего цвета с изящной вышивкой золотой нитью. Прежде чем Эри успела что-то спросить, Солнечный эльф подошел ближе и накинул получившуюся повязку девушке на глаза. И пока Рафиэль аккуратно закреплял ленту у нее на затылке, Эри с удивлением обнаружила, что сквозь тонкую ткань вполне может различать очертания расположенных рядом с ней предметов. Зато глаза перестали болеть и слезиться.
Растерявшись, девушка не знала что сказать. Специально ли эльф помог ей, или просто хотел, чтобы она не видела дорогу к их дому?
Её сомнения рассеял сам Рафиэль. Закончив с узлом, он тихо произнес:
- Никогда нет причин для ненужной жестокости – и, не дав ей возможности ответить, эльф быстро ушел вперед.
В Междуречье было неспокойно. Казалось, даже птицы перестали петь, а деревья тише шуршали своими конами. После жестокой битвы в Зачарованных пещерах Солнечные эльфы не успели даже отдать последние почести всем павшим. Ресурсов катастрофически не хватало. Множество раненых располагалось в специально выставленных палатках на краю леса. Там совсем близко располагалась река и сразу несколько полянок с необходимыми травами, а значит, целителям было гораздо удобнее присматривать за подопечными и готовить снадобья.
Руалар Арканор из клана Золотого Листа, младший брат королевы Лианны, а по совместительству, как единственный эльфийский принц, и правитель земель Междуречья, хмуро бродил по своим опустевшим владениям. Опустели они и впрямь серьезно – не считая десятков убитых и раненых, многие уехали в Эрвистин или дальше, спасаясь от грозящей опасности. В основном это были те, кто не мог самостоятельно сражаться или те, кому доверена защита слабых. Но Руалар потихоньку готовил свой народ к тому, что, скорее всего, скоро придется полностью перебраться в Эрвистин. Лес Междуречья не мог дать такой защиты, какая им, вероятно, скоро понадобится, а озлобленные нападением дроу захотят отомстить, и неизвестно сколько еще жертв при этом будет. Сейчас в Лайстире, так называли своё поселение эльфы Междуречья, осталась только небольшая горстка эльфов. Среди них были раненые, не способные передвигаться, лекари, заботящиеся о них и, конечно, воины. А также несколько упрямцев, не желающих покидать родные земли. Но Руалар знал, что рано или поздно им придется смириться с неизбежностью.
Поляна, обычно служившая местом для тренировок, сейчас пустовала. Руалар и не ожидал никого здесь встретить. Но все же на несколько мгновений он задержал свой взгляд на вытоптанных десятками ног проплешинах в земле. Сколько раз он сам боролся здесь с товарищами, увеличивая мастерство! Будет ли оно теперь когда-нибудь как прежде..?
Вздохнув, эльф отправился дальше. Через небольшой перелесок от тренировочной поляны находились палатки лекарей. Они аккуратно стояли между деревьями на почтительном расстоянии друг от друга. Темно-зеленая ткань их пологов делала палатки почти незаметными со стороны. Но на всякий случай здесь всё равно всегда присутствовала охрана. Воины следили за порядком, обеспечивали покой выздоравливающих и иногда выполняли мелкие поручения лекарей.
Всего палаток было двенадцать. К каждой был приставлен свой лекарь, присматривающий за тем или иным количеством раненых. На ближайших ветках кое-где можно было увидеть развешанную для сушки одежду, а почти возле каждой палатки горел костер с готовящейся пищей или целебными отварами. Прошло совсем немного времени, но эльфы уже освоились с новыми условиями. Руалар был благодарен своему народу за терпение и понимание. Лучших условий сейчас предоставить он всё равно не мог.
Откинув полог ближайшей палатки, Руалар зашел внутрь. Здесь была стандартная обстановка: по четыре соломенных лежанки с каждой стороны для раненых, а в дальнем конце - длинный стол и спальное место лекаря. Стол был заставлен различными склянками, порошками в мисках и пучками засушенных растений. В воздухе ощущался густой запах трав, мазей и застарелой крови. Руалар поморщился.