Выбрать главу

- Она сказала, что ищет Райенса, чтобы отдать ему это – пояснил Рафиэль.

Руолар неверяще покачал головой, разглядывая цветок. Затем отдал команду:

- Фианар! Возьми цветок и отнеси в хижину Райенса. Его целитель знает что делать.

Воин коротко кивнул:

- Сделаю.

Когда Фианар скрылся, Руолар снова повернулся к пленнице.

- Итак… - задумчиво протянул он, разглядывая ее. – Получается, у нас еще больше вопросов, чем предполагалось изначально.

Девушка равнодушно отвернула голову, чем еще больше разозлила принца.

- Не хочешь сразу признаться, что на этот раз задумали твои мерзкие собратья? – резко спросил Руалар. – Зачем тебя прислали?

Пленница упорно молчала. Смерив её тяжелым взглядом, принц обратился к Лайонару:

- Она была одна?

- Мы не заметили поблизости никаких следов кого-то еще – ответил светловолосый эльф. – Если у нее и были сообщники, они явно отстали где-то задолго до наших границ.

Руалар нахмурился:

- Прежде никому не удавалось взять дроу в плен… Они ведь даже мертвых своих прячут! Что пошло не так на этот раз?

- Это может быть ловушка – предположил Лайонар. – Они ждут, когда мы расслабимся.  - Или… - эльф кинул на пленницу изучающий взгляд. - Она просто слишком глупа.

Руалар с сомнением посмотрел на девушку. Он заметил, что слова Лайонара её задели – плечи эльфийки еще больше напряглись, а на изящных скулах заиграли желваки, как будто пленница изо всех сил сжимала зубы, чтобы не сказать лишнего.

«Не так уж ты и невозмутима, какой пытаешься казаться, - со внутренним смешком подумал Руалар. – И я даже знаю, как тебя расколоть…»

Принц резко повернулся к остальным присутствующим, с любопытством наблюдающим за развитием событий.

- Саэрос!

Из толпы выступил серьезный эльф с длинными пепельными волосами.

- Я здесь, правитель.

- Я хочу, чтобы ты использовал на ней свои способности, - кивнул на пленницу Руолар. – Уверен, что мы можем узнать много полезного.   

По толпе прокатился возбужденный шепот. Всем было известно, что Саэрос – сильнейший в Междуречье менталист. Он мог вытащить из сознания своей жертвы даже то, что она сама не помнила, мог возродить детские воспоминания, а мог, наоборот, заставить забыть собственное имя, внушить ложные воспоминания. Идея отдать ненавистную дроу Саэросу всем пришлась по вкусу, не говоря уже о том, как у многих загорелись глаза при мысли, сколько секретов Лунных эльфов можно сейчас выцепить из головы пленной эльфийки.

Руалар довольно улыбнулся. Он видел, что эльфы оценили ход его мыслей. Таким образом принц Солнечных эльфов планировать уничтожить сразу двух зайцев – раздавить гордость пленницы, добыть ценную информацию и успокоить тревогу своего народа.

Саэрос огляделся.

- Слишком много потоков, – покачал он головой. – Легко затеряться. Мне нужно чистое пространство.

- Вы можете уйти в другую комнату – Руалар махнул рукой в соответствующую сторону.

Саэрос неуверенно передернул плечами, видимо, не желая уходить куда-либо с пленницей. Но Руалар выжидающе сложил руки на груди, не собираясь отступать от своего решения. Им надо было узнать ответы, так или иначе, и, менталист лучше всех мог помочь в этом.

Саэрос был уверен в своих способностях. Гордо вскинув подбородок, маг подошел ближе, чтобы забрать у Лайонара конец веревки, которой были крепко стянуты руки пленницы. Девушка-дроу не показывала никаких признаков сопротивления. Саэрос хмуро оглядел её и обратился к Лайонару:

- Мне нужно смотреть ей в глаза. Снимите повязку.

Командир дневного патруля еле заметно кивнул. Но к пленнице подошел не он, а Рафиэль, который и стянул с головы дроу ленту, оказавшуюся его собственным поясом. Как ни в чем не бывало, эльф снова подпоясал им свою тунику и отошел к товарищам.

Глаза пленницы были закрыты, густые белоснежные ресницы плотно сомкнуты.

«Не хочет смотреть на нас? – возмущенно подумал Руалар. – Да кем она себя возомнила?! Ну ничего, скоро Саэрос вытащит из нее всю спесь…»

Успокаивая себя этими мыслями, Руолар отошел в сторону. Опасно было оставлять дроу с одним-единственным магом, но Саэрос всегда говорил, что для работы ему нужна полная концентрация, а ее невозможно достичь в комнате, полной любопытных глаз.