- Почти. Я прошла заключительные Испытания, и я точно знаю, что меня отправили бы на Красную ветвь. Мне всю жизнь это говорили. Но сразу после экзамена меня отправили на миссию в отряде принца, а когда мы вернулись – сразу попали в гущу сражения, а там… - Эри вдруг опомнилась и замолчала, обреченно махнув рукой.
Эльфы озадаченно переглянулись. Было заметно, что девушка явно чего-то недоговаривает, но неясно было, почему она это делает. То ли сама чего-то боится, то ли несет угрозу для Междуречья и не хочет быть раскрытой.
- У нас всё гораздо проще, - решил разрядить обстановку Райенс. – Солнечные эльфы до тридцати лет воспитываются в собственной семье, все необходимые навыки ему передают родители и другие родственники. После этого юные эльфы сами находят себе наставников в том деле, которое им интересно. Жизнь эльфа достаточно длинная, чтобы не торопясь изучить всё интересное. Но у знатных кланов в последние десятилетия появилась традиция отдавать своих детей в Академии – но это, скорее, дань моде, чем необходимость.
- То есть, у вас новорожденных оставляют с родной семьей? – удивленно спросила Эри. Из всего рассказа больше всего ее заинтересовала именно эта деталь.
- Конечно, как же иначе? – в свою очередь удивился Райенс. – Дети у Солнечных эльфов рождаются довольно редко, так что сил и времени на воспитание наследников у всех хватает. Детей обычно оберегают всеми силами и стараются дать самое лучшее.
- У Лунных эльфов дети тоже рождаются не часто, - покачала головой Эри. – Но мы никогда не знаем своих настоящих родителей. Если ты не член королевской семьи, конечно.
- Но почему? – возмутился Рафиэль. – Это же нарушение законов природы!
Эри пожала плечами:
- Так всегда было. В храме объясняли, что это необходимо, чтобы родственные связи и лишние сантименты не мешали трезво мыслить и правильно развиваться.
- Чушь какая-то – мрачно высказался Райенс.
Рафиэль был с ним согласен.
- Неужели тебе нравился такой порядок?
- Я не знала, что бывает иначе, - недовольно ответила Эри. – Да и если бы знала – что я могла изменить? Одна против всего королевства?
- Из маленьких камушков строятся большие стены, - возразил Рафиэль. – Не попытавшись, не узнаешь.
- Какой смысл сейчас рассуждать об этом? – миролюбиво вмешался Райенс. – Это в прошлом, сейчас надо исходить из того что есть.
- Меня раздражает, когда кто-то годами живет во мраке, а сам не пытается зажечь даже крохотную свечку! – запальчиво воскликнул Рафиэль.
Райенс успокаивающе положил руку ему на плечо:
- Друг мой, тебя там не было. Ты не знаешь, были ли там свечи, и была ли возможность высечь хоть одну искру.
Рафиэль виновато отвел глаза, успокаиваясь.
- Ты прав. Прошу простить меня, я забылся – и с этими словами расстроенный эльф удалился в сторону реки.
Эри тоже чувствовала себя подавленно. Какое-то гадкое чувство поселилось внутри, но эльфийка никак не могла дать ему определение. Просто что-то было не так. И казалось, что со всей ее жизнью.
- Не сердись на Рафиэля, - со вздохом обернулся к ней Райенс. – Он добрый эльф, просто, как и большинство из нас, ярый идеалист. Ему сложно принять, что не все в мире бывает только черным или только белым.
Эри только кивнула.
Глава 6-1
Беррхад отдыхал в первой попавшейся деревне, которая встретилась ему после того как он отделился от своего отряда. Особых требований у дворфа не было, лишь бы не остаться голодным да как следует выспаться, поэтому он просто наскоро перекусил в таверне и там же снял комнату для ночлега. Комната оказалась маленькой, слегка пыльной, с видавшей виды деревянной мебелью, но дворф не жаловался. Он собирался выступить в дальнейший путь уже с рассветом, ведь путь до Барроуза предстоял неблизкий. Завтра предстояло еще миновать заставу и какое-то время идти вдоль главной дороги, пройти мимо озера, пересечь по мосту реку и небольшой перелесок – и если очень повезет, то, может быть, до заката он успеет заночевать в следующей деревне. Если нет, то придется разбить лагерь в лесу. Стража деревни все равно никого не пропустит в сумерках.
На самом деле до соседней деревни было два-три дня пути, но это человеческим шагом, а дворф надеялся на свою выносливость, а еще рассчитывал подсесть к кому-нибудь в телегу или, на худой конец, взять коня или мула.