— Прекрасно, старина. Не то чтобы я заинтересовался этими древностями, но я вас понимаю. Вам должно быть очень интересно.
— Благодарю вас.
— Но, если вы хотите рисковать головой, делайте это без меня.
— Но, мистер Фаллон…
— Не интересуюсь. Решительно, окончательно, абсолютно.
— Но ваша помощь будет оплачена. Мне выделили небольшой фонд для оплаты услуг туземных помощников…
— Вы забываете, — резко прервал его Мжипа, — что мистер Фаллон, несмотря на его образ жизни, не кришнянин.
— Оставьте, — сказал Фаллон, — я не обижаюсь. Я не разделяю предубеждений Перси по поводу кришнян.
— У меня нет предубеждений, — возразил Мжипа. — Некоторые из моих лучших друзей — кришняне. Но другой народ есть другой народ, и это всегда нужно иметь в виду.
— То есть они хороши, пока знают свое место, — бросил Фаллон, зло улыбаясь.
— Я не стал бы так это формулировать, но по сути так оно и есть.
— Да?
— Да. Различные расы одного вида могут не различаться в умственном развитии, как, например, на Земле. Но разные виды, жители разных планет — это совсем другое дело.
— Но мы говорим о кришнянах, — сказал Фредро. — А психологические тесты не показывают разницы в среднем интеллектуальном уровне.
— Вы можете доверять своим тестам, — заявил Мжипа, — а я лично знаю этих нищих уже много лет, и вы не сможете доказать, что они проявляют земную смекалку и оригинальность.
Фаллон возразил:
— А как насчет сделанных ими изобретений? Они, например, самостоятельно изобрели фотоаппарат. Вы сумели бы, Перси?
Мжипа сделал нетерпеливый жест:
— Скопировали с земных экземпляров. Обычный прорыв блокады.
— Нет, — сказал Фредро, — дело в другом. Кришнянский фотоаппарат — это случай… гм… стимулированного изобретения.
— Что? — спросил Мжипа.
— Стимулированное изобретение — термин, введенный американским антропологом Кребером около двухсот лет назад.
— Что он означает?
— Случаи, когда туземцы узнают о существовании какой-либо вещи и, не видя ее, создают свой вариант. Некоторые примитивные земные племена несколько столетий назад таким образом изобрели письменность. Но это требует большой изобретательности.
Мжипа стоял на своем:
— Все равно они отличны от землян по темпераменту и по другим признакам.
— Откуда вы об этом узнали? — поинтересовался Фредро.
— Тут было несколько психологов. Они подвергли многих кришнян тестам и установили, что у туземцев напрочь отсутствуют некоторые земные душевные болезни, например, паранойя…
Фаллон прервал его:
— Разве у этого типа Кира не паранойя?
Мжипа пожал плечами:
— Тут я не специалист. Но то, что этот парень вытворяет, действительно указывает на стойкую тенденцию к садизму.
Фредро настаивал:
— Тем не менее, я не могу с вами согласиться. Я никогда не был здесь раньше, но на Земле много изучал кришнянское искусство и ремесло; они свидетельствуют о наличии высокоразвитого творческого воображения: скульптура, поэзия, а также…
Фаллон, сдерживая зевок, прервал его:
— Может, отложите спор, пока я не уйду? Я не понял и половины из того, о чем вы говорили… Кстати, а сколько бы вы заплатили? — спросил он больше из любопытства, чем желая серьезно обдумать предложение.
— Два с половиной карда в день, — ответил Фредро.
Это была высокая оплата, а общая сумма, как подсчитал Фаллон, составила бы около тысячи. «Жаль, доктор Фредро, но ничего не выйдет».
— Возможно, я мог бы… я могу несколько увеличить сумму…
— Нет! Даже если увеличите в десять раз. Люди уже пытались туда пробраться, и это всегда кончалось плохо.
— Что ж, — сказал Мжипа, — плохой конец вам и так предназначен, раньше или позже.
— Я предпочитаю, чтобы он наступил позже, а не раньше. Как вы знаете, джентльмены, я не упускаю удачных шансов, но это не шанс — это верная гибель.
— Послушайте, — в голосе Мжипы звучали железные нотки. — Я обещал доктору Фредро помощь. Вы мне кое-чем обязаны, и я активно настаиваю, чтобы вы взялись за эту работу.
Фаллон бросил резкий взгляд на консула:
— Почему активно?
— Доктор Фредро, вы простите нас, если мы удалимся на несколько минут? Подождите меня здесь. Идемте, Фаллон.
— Спасибо, — ответил Фредро.
Фаллон, нахмурившись, вышел вслед за Мжипой. Когда они нашли укромное место, где в пределах видимости никого не было, Мжипа тихо сказал: