— История такова. Трое землян исчезли в последние три года, а я не нашел и следа их. Они не из тех людей, что попадают в дурную компанию, где им могут перерезать глотку.
— Ну и что? — спросил Фаллон. — Если они пытались пробраться в Сафк, это только доказывает мою правоту.
— У меня нет причин считать, что они пытались попасть в Сафк, но их могли привести туда насильно. В любом случае, я пренебрег бы своими обязанностями, если бы, столкнувшись с этой загадкой, не приложил всех усилий для ее разрешения.
Фаллон покачал головой:
— Если вас интересует это чудовище, отправляйтесь сами…
— Я бы уже давно так и поступил, если бы не цвет моей кожи. Его замаскировать невозможно, — Мжипа схватил собеседника за руку. — Итак, мой дорогой Фаллон, не говорите, что вы не возьметесь за это.
— А зачем? Быть четвертым в партии бриджа с этими исчезнувшими?
— Нет, узнать, что произошло. Ради бога, неужели вы оставите землян во власти этих дикарей?
— Это зависит от того, какие именно земляне.
— Но ведь они принадлежат к нашему же виду…
— Я склонен судить о людях по их личным качествам, — сказал Фаллон, — независимо от того, руки у них, лапы или щупальца. И, думаю, что это более цивилизованный взгляд на вещи, чем ваш.
— Ну что ж, вероятно, не стоит больше говорить о патриотизме, но когда вы в следующий раз явитесь за очередной дозой лонговита, не удивляйтесь, если не застанете меня.
— Я могу купить лонговит на черном рынке.
Мжипа тяжело посмотрел на Фаллона:
— Как вы думаете, долго ли вам придется употреблять ваш лонговит, если я расскажу Чабариану о вашем шпионаже в пользу Камурана из Квааса?
— О моем шпи… я не понимаю, о чем вы говорите, — ответил Фаллон, всем существом чувствуя, как ледяной холод пополз по его спине.
— О, вы понимаете. И не мечтайте, что я промолчу.
— Так… и как насчет ваших благородных разговоров о предательстве землян перед кришнянами?
— Мне это не нравится, но вы не оставляете мне другого выхода. Вы сами по себе не слишком большая ценность для человеческой расы, вы и так роняете наш авторитет в глазах туземцев.
— Почему же вы беспокоитесь обо мне?
— Потому что при всех ваших недостатках вы единственный человек, способный выполнить эту работу, и я, не колеблясь, заставлю вас сделать это.
— Но я не смогу работать без маскировки, — Фаллон понял, что его приперли к стенке.
— Я снабжу вас всем необходимым. А теперь я либо возвращаюсь в павильон сообщить Фредро о вашем согласии, либо иду рассказать министру Кира о ваших встречах с этой змеей Квейсом из Бабаала. Что я должен сделать?
Фаллон взглянул на консула налитыми кровью глазами:
— Можете ли вы снабдить меня какой-нибудь добавочной информацией? Я имею в виду план помещения, например, или описание обрядов ештитов.
— Нет. Кажется, неофилософы знают или думают, что знают, кое-что о внутренностях здания, но я не знаком ни с одним членом этого культа в Балхибе. Вам придется докапываться до всего самому.
Фаллон с минуту помолчал. Затем, видя, что Мжипа вновь собирается говорить, поднял руку:
— О, дьявол! Вы победили, будьте же вы прокляты! — потом он перешел на деловой тон: — Но давайте-ка кое-что выясним. Кто эти трое исчезнувших землян?
— Во-первых, Лаврентий Боткин, автор научно-популярных книг. Он отправился вечером на городскую стену и не вернулся.
— Я читал что-то об этом в «Рашме». Ну, продолжайте, — поторапливал Фаллон.
— Во-вторых, Кандидо Соарес, инженер-бразилец. И, наконец, Адам Дели, американец, управляющий фабрики.
— Есть ли у вас какие-либо предположения насчет причин их исчезновения? — спросил Фаллон.
— Единственное, что объединяет эту троицу, так это то, что все имели отношение к технике.
— Может, кто-нибудь с их помощью пытается создать современное оружие? Такие попытки уже были, вы знаете.
— Я думал об этом. Я помню, например, что вы сами предпринимали такую попытку.
— Ну, Перси, кто старое помянет, тому глаз вон, — Фаллон взмахнул рукой, словно отметая несущественное упоминание.
Мжипа продолжал:
— Но все это было до того, как ввели псевдогипноз. Если бы похищение специалистов произошло несколькими десятилетиями раньше… Во всяком случае, эти люди (как, впрочем, и мы с вами) не смогут выдать никаких знаний, даже под пыткой. Туземцы знают об этом, — африканец нахмурился и замолчал. Потом его лоб разгладился. — Когда мы найдем этих людей, мы узнаем и причину их похищения.